Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет...

Он ничего не говорил и игнорировал все мои слова, словно, окунувшись в свои размышления, на время перестал что-либо слышать. Просто сидел, курил и скользил по мне взглядом, а я, в свою очередь, заметила, что его костяшки были сильно разбиты. С массой его тела, чтобы противник отключился, нужен был лишь один удар, поэтому я задалась вопросом, кого же Медичи бил с таким невероятной агрессией.

Эти молчаливые гляделки продолжались не меньше десяти минут, после чего парень бросил на пол окурок и, сквозь плотно сжатые зубы прошептав вопрос: "Что же ты, черт возьми, делаешь со мной, Мелкая?”", взял и ушел, громко хлопнув за собой дверь.

Примерно через месяц нашли труп соседа, напавшего на меня. Как мне сказали, выяснилось, что убили его как раз после трех дней моего пребывания в больнице.

Мужчина прятался от полиции, но кто-то нашел его раньше, превращая его тело в нечто неузнаваемое.

Естественно, полиция опять приходила ко мне. Я тогда сделала то, чего не следовало. Отвечала на их вопросы и как-то совершенно бездумно рассказала несколько фраз о Медичи, которые, оказывается, поставили его в графу «подозреваемые».

Я считала это пустой болтовней. Лишь формальными ответами на вопросы, но я забыла о том, кем Винченсо являлся. Он — сын босса Коза Ностры.

Я помню, что началась шумиха. Ничего толком не понимала, но знала, что именно из-за моих слов у Винченсо возникли сильные проблемы. Даже его отец, Адриано Медичи, приезжал в Бергамо. что говорило о крайней паршивости положения его сына.

Я жутко волновалась за Винченсо и особенно сильно меня грызло то, что я была всему виной. Лучше бы язык держала за зубами. Но помочь я уже ничем не могла.

Единственное, что было в моих возможностях, это пойти и поговорить с Винченсо.

Я пришла к нему ранним утром. Парень еще спал, но управляющий пустил меня к нему. Я села на край кровати, виновато опустила голову и прикоснулась к его плечу, желая разбудить парня. Помню его взгляд, когда Винченсо сонно открыл глаза и посмотрел на меня, а я тут же опять начала нести беспрерывный бред. Меня невероятно сильно сгрызала совесть и я даже сказала, что сделаю все, что угодно, лишь бы сгладить вину. На мои слова Винченсо долго не отвечал.

Молчал и долго сверлил меня взглядом от которого у меня почему-то начали гореть щеки.

В итоге, Медичи сказал, что моей вины ни в чем нет Так же он грубо приказал мне убираться с его спальни. Я не ушла, мы поссорились и закончилось все тем, что Винченсо вышвырнул меня за дверь. Правда, перед тем, как он это сделал, я, в пылу нашей очередной ссоры, очень хорошенько пошутила касательно его мужского достоинства, которое с утра пораньше стояло колом и виднелось через ткань штанов большим бугром.