Я сама тогда была взвинченной и еле сдерживала себя, чтобы не оглянуться по сторонам. Из-за Винченсо я становилась параноиком, поэтому не заметила странностей в поведении своей сестры. Только позже, вспоминая эту нашу встречу я понимала, что Фелиса была еще более отстраненной и будто бы испуганной. Еще и обняла меня перед тем как уйти и дала шоколадку.
— Держи. Я купила, но сама есть не хочу, — сказала сестра, после чего развернулась и быстрым шагом пошла прочь.
Я не очень любила шоколад, но отказываться от подарка своей сестры не стала.
Вместо этого я поплелась к больнице и, как оказалось, у меня действительно было сломано три пальца.
Помню, что вышла из больницы и поплелась обратно в маркет В автобусе я ощутила голод и вспомнила про ту шоколадку. Выбора в еде у меня не было, поэтому я сорвала бумажную обертку и около фольги заметила свернутый лист. Я его развернула и увидела строки, написанные почерком Фелисы:
«Ромола, прости. Я должна была послушаться тебя и не поступать в университет Милана.
На некоторое время я забыла, как дышать, но все продолжала раз за разом перечитывать эти строки. У меня руки дрогнули в голове заиграла паника. Помню, что резко поднялась с сиденья и побежала к выходу, после чего выбежала на первой же остановке.
Я тогда забежала в подъезд и сразу уловила не сильный, но довольно неприятный запах. На него я внимания не обратила и по лестнице побежала вверх.
Бесконечные ступеньки, острая боль в ноге и мое частое дыхание.
== Когда я открыла глаза, сразу поняла, что находилась в больнице. Сознание было затуманенным и я очень плохо соображала, но будто в тумане наблюдала за тем, как около меня сначала возникла одна медсестра и уже вскоре меня окружили врачи. Они что-то делали и постоянно спрашивали о моем самочувствии. Я что-то невнятно отвечала и хмурилась.









