Под созвездием северных «Крестов»

 – Откуда у этого сибирского валенка бабки? По мне, так это обыкновенная бытовуха. Мало у вас бытовухи проходило? Какой-нибудь слесарь по пьяни треснет супружницу сковородой по башке, а то заодно и соседа, которого обнаружит в шкафу, потом проспится и бежит сознаваться… Только тут вместо сковороды волына, а вместо портвейна – вискарь. А сознаться или уйти в бега Карташ просто не успел, вот и все дела…

– Но волына-то не его.

Трое в хате, судья, опер и гаишник, от мозгового безделья ворошили историю отсутствующего Карташа. Просто так. Ради убивания времени. Во-первых, все остальные темы, включая баб, жрачку и выпивку, уже обкашляны и перетерты по десять раз, а тут – что-то новенькое… Во-вторых, в людях разгорелся чисто профессиональный интерес. В кои-то веки к ним на хату попал вполне вероятно невиновный. Это как если б в одной камере сидело трое математиков, а к ним подсадили четвертого, который вдруг изложил бы им новую возможность доказательства теоремы Ферма. Как тут удержишься от обсуждения!

– А я вот что скажу, мужики, – вдруг подал голос давно молчавший Дюйм.

– О, а я думал ты дрыхнешь, – хохотнул Квадрат.

– Было у нас в производстве такое дело… – продолжал судья, не обращая на гаишника ни малейшего внимания. – Вел не я, просто рассказывали. Садик на Васильевском рядом с кинотеатром «Прибой» знаете? Ну вот. Лето. Четыре утра. Белая ночь. Тепло. По садику гуляет влюбленная парочка. И натыкается на натянутую через парковую дорожку растяжку. Взрывается граната, два трупа…

Он неторопливо прикурил сигарету, выпустил облако дыма, повернулся на спину и, ухватившись руками за каркас шконки над головой, принялся подтягиваться.

– Ну и любишь ты байки травить, отец, – констатировал Квадрат. – И чего? Какая из этого следует мысль?

Обмозговали и эту вероятность. После чего Эдик тоже закурил и резюмировал:

– Фигня. Так мы вообще ничего не пробьем, слишком много неизвестных получается. Надо исходить из четкой вводной: грохнули именно того, кого хотели грохнуть… Но вот вопрос: сынка за какие-то делишки свалили или папу таким макаром стращали?

– Думаю, папу стращали, – сказал Дюйм. – Забиться бы с тобой на пару флаконов, но рассудить будет некому…

– А я думаю, сынка с дороги убирали, – сказал Эдик. – Про него мне не раз барабанили, что он замазан с угнанными тачками и с таможней. Только кто б позволил его разрабатывать…

– А вдруг подставляли как раз нашего приятеля? – азартно высказался Квадрат. – Может, он на зоне в чем-то запутался или кого-то обидел. Тем более, жил здесь в «Арарате», а эта развлекуха не для бедных вэвэшников.

– Да ну, чума! – отозвался опер.