Под созвездием северных «Крестов»

И почему-то я сильно сомневаюсь, что он был во временной завязке… Сечешь, о чем это говорит?

– Удачно окопался при каком-то бизнесе с надежной «крышей», – предположил Карташ.

– А не проще ли от самого узнать?

– Рекогонсцировочку провести никогда не мешает. И еще кой-чего не помешает.

Эдик огляделся, стряхнул с бельевой веревки дырявый полиэтиленовый пакет, ловко порвал его на полоски и, бормоча: «Простите, мужики, потом верну», – прихватил пленному ноги у лодыжек.

– А граблями пусть шевелит, это нам не повредит, если что – вмиг обломаю.

– Готово? Давай будить, что ли, – сказал Карташ. – Времени мало.

– Успеем. А еще лучше автомобильный аккумулятор, – задумчиво проговорил Эдик.

– Что? – не понял Карташ.

– Проводочки кинули бы от аккумулятора, замкнули на головке евонного «болта» – вот где исповедь полилась бы, как перед попом на причащении.

– Ты еще об «испанском сапоге» повздыхай. Коль на то пошло, берется спичка, вставляется в отверстие в том самом органе, о котором ты тут вспоминал, поджигается…

– Следы остаются, – сказал Эдик. – А в нашем деле приходилось думать о том, чтобы не оставлять на теле отметин, иначе от жалоб и заяв не отобьешься. Но сегодня можно не разводить осторожностей… Ладно, пора играть подъем.

Эдик умело, двумя пальцами сжал пленному нос, другой ладонью накрыл рот. Секунды три ничего не происходило. «Так и задушит ненароком», – с беспокойством подумал Карташ. Но тут пленный задергался, заерзал на полу, попытался оторвать от своего лица чужие руки. Эдик не сразу подарил ему возможность дышать, какое-то время еще подержал руки, хоть пленный и бился под ним, что твоя рыба на берегу. И, наконец, освободил.

Пленный лежал, хватая ртом воздух, растирая рукой горло и переводя ошалелый взгляд с Карташа на Эдика и обратно.

– Гутен морген, – поприветствовал его Эдик. – Ну че, падла, петь готов? Исполнять сольную партию «Я встретил вас – и все»? Или сперва желаешь немного помучиться?

Мирные беседы у шконки

Карташ с интересом покосился на преобразившегося, оказавшегося в родимой среде Эдика. Он пока не вмешивался, предоставляя вести дело профессионалу сыска и повелителю наручников. Вот когда закончится подготовительный этап и настанет пора собственно расспросов, тогда он вступит в мероприятие со всей активностью. А пока Карташ готовился подыгрывать Эдику, едва проклюнется в том необходимость.

Облажавшийся киллер уже продышался, уже окончательно очухался. Сел, прислонился спиной к шконке, огляделся – типа, куда это меня занесло, хотел сплюнуть, но удержался, вспомнил, где находится. И просто проглотил слюну.

– А как начет покурить, братан?

Карташ не уловил момент замаха. Короткое резкое движение – и Эдик всадил жилистый кулак пленнику в солнечное сплетение.