2
0Меня вызвал директор, рассказал о сделке и заявил, что кто-то из гостиницы должен находиться там на месте. Он дал мне денег, велел собирать чемодан и отправляться в аэропорт.
— В какое время он вас вызвал?
— Незадолго до полуночи семнадцатого.
— А когда вылетал самолет?
— В половине второго восемнадцатого.
— Нет, мне пришлось пересесть на другой самолет в Эль-Пасо, если вам нужны все детали. Я сидел рядом с красивой блондинкой, строившей мне глазки, однако, когда она узнала, что в Эль-Пасо я пересаживаюсь на другой самолет, ей вдруг захотелось спать. Потом я сидел с женщиной, только что поевшей чесноку.
В зале суда раздался смех.
Мейсон даже не улыбнулся.
— Вам пришлось столкнуться с трудностями в Мехико?
— Но это все равно был отдых?
— Вы когда-нибудь пытались уволиться из гостиницы «Кеймонт» и поискать работу в другой гостинице?
— О, Ваша честь, мне кажется, нет смысла выворачивать свидетеля наизнанку, выуживая из него все детали его прошлого, — встал со своего места Гамильтон Бергер. — Пусть адвокат защиты ограничится темами, поднятыми во время допроса свидетеля выставившей стороной.
— Мне представляется, что здесь что-то не так с прошлым, — признался судья Леннокс. — Я не собираюсь ограничивать перекрестный допрос. Возражение отклоняется.
— Так пытались? — спросил Мейсон.
Свидетель постарался встретиться с Мейсоном взглядом и не смог.
— Нет, — ответил он тихим голосом.
— Вы были когда-либо осуждены за совершение преступления?
Свидетель уже собрался встать со стула, но остановился и опустился на место.
— О, Ваша честь, адвокат защиты наугад высказывает предположения, пытается очернить репутацию свидетеля, единственная вина которого состоит в том, что он дал показания против клиентов мистера Мейсона.
— Я тоже считаю, что при сложившихся обстоятельствах вопрос достаточно жесток, — заметил судья Леннокс. — Однако его нельзя считать недопустимым. Это одно из оснований для того, чтобы подвергнуть сомнению сказанное свидетелем. За вопросом не последовал немедленный отрицательный ответ. Поэтому, несмотря на мое нежелание, я отклоняю возражение.
— Вы когда-либо были осуждены за совершение преступления? — повторил Мейсон.
— За какое? Вы сидели в тюрьме?
— В «Сан-Квентине» за вооруженный разбой. Теперь вы все знаете. Давайте, кончайте меня. Разрывайте на части, если вам так хочется.
Мейсон с минуту смотрел на молодого человека, затем отодвинул свой стул к концу стола, предназначенного для адвокатов, сел и тоном, в котором явно слышалась искренняя заинтересованность, заявил:
— Мне не хочется ничего подобного, мистер Хокси. Я считаю, что мы в состоянии использовать это, но не для того, чтобы вас растоптать.
