Ночь наслаждений

Удивительно, как быстро адресат получает письмо с другого конца страны! Три дня из Лондона в Нортумберленд! Это казалось настоящим чудом!

– Мне бы следовало когда-нибудь сопроводить почтовый дилижанс, – добавила она, – только чтобы посмотреть, куда оно пойдет.

– По адресу, написанному на письме, куда же еще?

Энн сжала губы, чтобы как-то отреагировать на его укол, и сказала:

– Но как? Вот это чудо!

Он слегка улыбнулся:

– Должен сознаться, я не думал о почтовой системе в столь библейских терминах, но всегда счастлив узнать новое.

– Трудно представить, что письмо может путешествовать быстрее, чем в наши дни, – весело сказала она, – разве что мы научимся летать.

– Есть еще почтовые голуби, – напомнил Уинстед.

– Можете представить стаю голубей, поднимающихся в небо, чтобы доставить нам почту?

– Пугающая перспектива. Особенно для тех, кто оказался на улице в этот момент.

Энн хихикнула. Она и не помнила, когда в последний раз так веселилась.

– Тогда Хай-Холборн, – решил он, – поскольку я никогда не позволю вам доверить послание лондонским голубям.

Он подался вперед, чтобы сказать кучеру, куда ехать, и снова сел прямее.

– Чем еще я мог бы помочь вам, мисс Уинтер? Я полностью в вашем распоряжении.

– Нет, спасибо. Разве только если сможете вернуть меня в Плейнсуорт-Хаус.

– Так рано? Но у вас сегодня выходной!

– Вечером нужно многое сделать, – пояснила Энн. – Мы едем в… о конечно, вы знаете. Завтра мы едем в Беркшир, в…

– Уиппл-Хилл, – перебил граф.

– Да. Насколько я понимаю, по вашему предложению.

– Но это казалось разумнее, чем ехать до самого Дорсета!

– Но вы… – Она осеклась. – Не важно.

– Спрашиваете, собирался ли я с самого начала ехать с вами? – Он выждал минуту и покачал головой: – Не собирался.

Энн увлажнила губы кончиком языка, по-прежнему отказываясь взглянуть на графа. Это было бы слишком опасно. Не стоит желать недосягаемого. Она не может! Однажды она уже пыталась и с тех пор платит за это.

А лорд Уинстед, возможно, был самой недосягаемой мечтой! Если она позволит себе хотеть его, это ее уничтожит.

Но-о! – как она хотела хотеть его!

– Мисс Уинтер? – Его голос донесся до нее, как теплый ветерок.

Энн откашлялась, пытаясь обрести голос, тот, который был бы похож на ее собственный. Обычный.

– Вы так добры! Изменить распорядок дня ради тети…

– Я сделал это не ради тети, – тихо ответил он. – Но хочу, чтобы вы это знали.

– Почему? – не выдержала Энн. Объяснять вопрос не придется: он поймет, что она хотела сказать.

Не почему он сделал это? Почему ради нее?

Но Уинстед не ответил. По крайней мере не сразу. А потом, когда Энн уже решилась посмотреть ему в лицо, граф вздохнул:

Их глаза встретились. Его ответ был таким откровенным и неожиданным, что Энн не могла не посмотреть на него.