3
0– Что случилось? – всполошилась она.
Я изобразила смущение.
– Каша Беаты мне так понравилась, что я слопала несколько порций. Теперь желудок взбунтовался. Уж простите за подробность, от санузла далеко отойти боюсь. Заглянула к Софье, надеялась у нее лекарство найти.
– Не стоит глотать таблетки, это химия, – всполошилась Ирина, – мой отец всегда говорил: «Если у лошади нелады с кишечником, то ей необходим холод, голод и покой».
– Я мало чем отличаюсь от кобылы, – пробормотала я, – только хвоста нет.
– Вы не обиделись? – испугалась Ира. – Не имела в виду, что вы на лошадку смахиваете, скорее уж на собачку похожи. Ой! Опять не то ляпнула. Понимаете, каждый человек напоминает какое-то животное, вот я вылитая мартышка, суечусь, руками размахиваю. Папа был ветеринар от Бога, он и людям дельные советы давал.
– Прислушаюсь к словам вашего отца, – улыбнулась я, – лягу в кровать и не стану объедаться.
– Диетическое есть можно, – с видом знатока сказала девушка. – Хотите врача позову?
– Из-за такой ерунды не стоит, – отказалась я.
– У Розамунды в аптеке есть прекрасный сбор от поноса, – оживилась Ирина, – она гомеопат, траву собирает в определенное время, сушит ее правильно. К Розамунде со всех сторон едут.
У меня зачесался нос.
– Розамунда? Красивое имя, наверное, оно у вас распространено.
– Не очень, – улыбнулась Ира, – госпожа Фихте у нас с ним одна.
– Где аптека расположена? – поинтересовалась я. – Сбегаю, посоветуюсь с ней. Фихте – доктор? Или просто знахарка?
– Без диплома нельзя травами торговать, Розамунда закончила медицинский факультет. Мама говорит, что о Фихте, как о терапевте, хорошая слава шла. А потом она в гомеопаты подалась. Вы фармацию легко найдете, выйдете из крепостных ворот, ров перейдете, свернете налево и по дороге до города прямо. Идти недалеко. Можно на платформе доехать, ее на ресепшен дадут. А в городке сразу направо, и вы на месте.
Я поблагодарила Иру, не успела она убежать, как Софья вышла в коридор.
– Куда? – уточнила я.
– Искать завещание, – азартно воскликнула Соня, – круто нам свезло, никого в замке из хозяев нет, и туристов увезли.
Я прислонилась к стене.
– Глупее занятия и не придумаешь. Если завещание и было, то его давно нет.
– Почему? – заморгала Гурманова.
– После кончины Мартины все ее документы оказались в руках Карла и Елены, – начала я растолковывать очевидное, – и как они поступили, увидев, что мать отписала дом не пойми кому? Сожгли бумагу.
– Документы уничтожать запрещено! – возразила «агент».
– Врать, воровать, прелюбодействовать тоже нельзя, – вздохнула я, – но многих это не смущает. Даже если завещание лежит где-то, то оно ничем Сержу не поможет.
