3
0– Поступим иначе, если Лена очнется, я сразу тебе позвоню.
– Эй, что значит «очнется»?
– Все будет хорошо, нам пора, оставайся дома.
– От тебя не будет никакого проку в клинике.
– Нет. Хочу держать ее за руку.
– В операционную тебя не пустят. Все! Нет времени на болтовню.
– Ранение глубокое, но она должна поправиться.
– Ты же никому ничего не скажешь? Нам шум не нужен!
– Уже пообещал. О нападении ни одна душа не узнает. Скажем, что случился инфаркт, вовремя сделали операцию, поставили стенты, Елена проживет еще сто лет.
– Хорошо, – сдался собеседник Карла, – залезай внутрь.
Раздалось фырчанье, потом шорох шипованных шин. Я вышла из-за поленницы. Госпожу Хансон серьезно ранили? Кто? Почему? Похоже, Карл и доктор не собираются извещать о случившемся полицию. Что произошло ночью в замке?
Костюмы мы рассматривали около двух часов, под конец экскурсии я слегка устала. В залах пахло пылью, дезинфекцией, царил полумрак, и у меня начала кружиться голова.
– Дышать нечем, – пожаловалась Мэри, вынимая из сумочки веер, – но я стреляный воробей, знаю, что с собой в музей прихватить надо: бутылку воды и личный ветер.
– Можно вашим сквознячком воспользоваться? – жалобно попросила Валентина.
Мэри неожиданно согласилась.
– Хорошо, становитесь рядом.
– Почему тут кондиционера нет и темно? – поинтересовалась Нонна.
– И запах странный, – добавил Кирилл Григорьевич.
Ирина остановилась, мы все, покорно шагавшие за ней, тоже замерли.
– Платья и костюмы настоящие, им несколько веков, – пустилась в объяснения экскурсовод, – свет приглушен, чтобы не выцветала ткань, раз в год в музее проводят дезинфекцию. Увы, в Олафе водятся мыши и…
– …жабы, – вздохнула я.
– Да. Откуда вы знаете?
– Сегодня одна квакушка заглянула в мою ванную, – пояснила я.
– Да, они ловко пробираются по старинным водостокам, – вздохнула экскурсовод, – это неразрешимая проблема. Говорят, в холодное время жабы в спячку впадают, но наши всегда бодрствуют.
– Жабенки в номерах? – вытаращила глаза Мэри. – Думала, я все про отели знаю, ан нет, жизнь подбрасывает сюрпризы. Странно, что гостиница, в которой царит полный бардак, еще держится на плаву! Небось выживает за счет непритязательных русских туристов, которые слаще Египта ничего не видели.
Ирина решила сменить тему.
– Сейчас мы с вами входим в последний зал.
– Наконец-то, – закатила глаза Галина, – надоело дерьмо рассматривать!
Ирина, не обращая внимания на слова девочки, вещала:
– Экспозиция называется «Чудесное спасение». Вы уже знаете, что замок Олаф всегда принадлежал Хансонам. С давних времен жители нашего города были вассалами этой семьи, мужчины которой являлись мудрыми, справедливыми правителями.
