Конго Реквием

В любом случае я очень скоро вернусь в Бретань.

– Чтобы похоронить отца.

Он зашел в аэровокзал и, направляясь к стойке регистрации, набрал номер на мобильнике. Он вспомнил еще об одном возможном персонаже тайных интриг в Шарко – отборном экземпляре.

– Тонфа? Эрван. Как там у вас?

– Пациенты Каца посылают меня один за другим.

– Плюнь. Хватит уже биться о стену. А семья Барер?

– Тоже ничего увлекательного. Может, ты уже видел в Париже вывески «Доманж»? Это практически они выдумали сухую чистку в середине девятнадцатого века, используя сначала нефть, а потом трихлорэтилен.

Казалось, Тонфа готов зевнуть на каждом слове. Эрван сочувствовал: даже с юношеским энтузиазмом невозможно было что-либо извлечь из подобной информации.

– Единственный интересный момент – Изабель Барер оставалась акционером группы.

– Невозможно узнать: это анонимное товарищество. Но ее решения учитывались.

Это не вязалось ни с профилем психиатра, ни со свидетельскими показаниями брата, который утверждал, что между ними не было никаких контактов. Мысль, что она, переодетая мужчиной, могла принимать участие в каком-нибудь семейном совете или общем собрании, казалась абсурдной.

Эрван перешел к тому, что было действительно срочно:

– У меня есть для тебя задание. В сентябре мы задержали одного из медбратьев спецбольницы Шарко, некоего Хосе Фернандеса.

– Плаг? Прекрасно помню.

Второстепенный сообщник в махинации по пересадке костномозговой ткани. Тот, кто изъял клетки у трупа Тьерри Фарабо до кремации.

– Я хочу знать, сидит ли он еще, или его уже выпустили. По последним сведениям, его перевели в тюрьму Флери.

Эрван был убежден, что Плаг собственноручно убил Тьерри Фарабо в ноябре 2009-го, задушив его в постели, чтобы создать видимость инсульта.

Но, не имея доказательств того давнего преступления, пришлось довольствоваться обвинением в «незаконной краже клеток у трупа» – что тянуло не на много. К тому же признание у него было вырвано с применением жестокости, так что любому адвокату это обвинение на один зуб.

– Там есть новости? – спросил Тонфа, вроде бы проснувшись.

– Не знаю. Изабель Барер лежала в Шарко. Там точно что-то неладно. Найди мне того говнюка и подсуетись, чтобы я допросил его как можно скорее.

Какие новости от Одри?

– Никаких. Она не пришла утром. Но после взбучки, которую ты ей устроил вчера…

Никто не был в курсе миссии, которую Эрван поручил ей ночью. Если там что-то обернулось скверно, он себе этого никогда не простит.

С Тонфа лучше действовать начистоту. В нескольких словах он изложил ситуацию с виллой в Лувсьене. Может, пустышка, а может, тайное убежище Каца – Барер.

– Я послал ее туда сегодня ночью, – признался он.

– Запиши адрес, – выдохнул он наконец. – Улица Домен, 82.