Конго Реквием

В поле зрения никого. Рудник ветвился, как осьминог, проникая своими щупальцами в скалу. Он выбрал самый широкий лаз, споткнулся, удержался. Несмотря на шарф, запах перебродившего газа отравлял его при каждом вдохе. Жара подскочила еще на несколько градусов. По телу стекали капли пота и грязи. Он шел к раскаленному сердцу земли, к пасти ада, к…

Его голова ударялась о свод, плечи терлись о стены. Лампа выписывала дрожащий ореол, который, казалось, уходил в никуда.

Снова он подумал о ферме своего детства, своей тюрьме, своем кошмаре.

Что он искал на самом деле? Раненых? Выживших? Трупы? Или шанс покончить со всем разом? Он, гигант, который едва пролезал в штольни, наполовину безумный клаустрофоб, белый, завороженный этими внутренностями мира…

Груда щебня перекрыла дорогу.

Дальше прохода не было.

Не раздумывая, он вогнал лом между двух глыб и отвалил их.

– Есть здесь кто? – повторил он, осыпанный дождем пыли.

Стон. Он пролез в образовавшуюся брешь и провалился в новую яму. Он больше ничего не видел и не дышал, зато снова обрел собственное тело – он здесь, чтобы сражаться. Ноги погрузились в топкую почву.

Рефлекторно он пригнул голову, а с ней и налобный фонарь. Тела. Разбитая голова, раздавленная грудь. Несколько секунд, чтобы сообразить, что это его нога в грудной клетке. Он заорал, прежде чем ее выдернуть.

Продвинуться еще. Не смотреть на лица, глаза, рты.

Новый завал, на этот раз плотный, как бетонная стена.

– Ты где? – прокричал он на суахили.

Все тот же жалобный звук, по другую сторону наваленных глыб. Ни малейшего шанса расчистить проход. И все же, опустившись на колени, Морван искал щель.

Гора на него больше на давила. И он больше не задыхался. Им владела одна мысль: не для того он забрался так далеко, чтобы дать тому бедолаге сдохнуть в двух шагах от него.

Сосредоточился на хрипах, которые становились все ближе по мере того, как возвращались воспоминания. Он катался по отбросам, стараясь избежать ударов. Он бился о стены и о заколоченные окна в надежде, что его собственный череп сможет проломить дерево.

Он рычал, рыдал, вопил.

Раненый был там, словно впрессованный в скалу. Мальчишка, весь в пыли, с ногой, придавленной камнем.

Лет двенадцати, не больше. В очередной раз его приказа ослушались. Он собирался приподнять обломок, но в памяти всплыла другая опасность – краш-синдром. В сдавленном органе перекрыта циркуляция крови, и довольно быстро он начинает выделять смертельные токсины. Высвобождая этот орган, вы одновременно высвобождаете и произведенный им яд, который мгновенно поражает кровь и мускулы, блокируя почки и, конечно, многое другое. Можно больше не беспокоиться о жертве: вы ее только что убили.