0
0Принимала маленьких пациентов, брала анализы, делала уколы, прививки.
Наслаждалась каждой минутой пребывания здесь и понимала, что улыбка постепенно
возвращается на лицо. Потому что у меня есть еще пять дней свободы! До самой
пятницы я могу делать все, что угодно. Принадлежать себе самой, и никто не будет
ничего от меня требовать.
Чему ты улыбаешься? Спросила меня секретарь Мария, заглядывая в кабинет за
карточками Мне кажется, или я не нравлюсь этой невзрачной девушке в очках.
Наверное, потому что это была типичная серая мышка, в отличие от меня. Даже цвет
волос был серый, мышиный! Может посоветовать ей хорошую краску для волос? Или
обидится? Нет. ну в самом деле, нельзя же выглядеть так безлико, ведь фигура у нее
довольно неплохая. Но сменщица Марии Оксана, нравилась мне намного больше. Она
была намного приятнее. Так что два дня я общалась с нормальным секретарем, а два
Своим мыслям! Я с улыбкой протянула ей карты, а она лишь фыркнула и вышла.
Я посмотрела на время.
Мой рабочий день подходил к концу, и я только жалела, что не СМОГУ теперь часто
навешать НОТКУ, а из-за плохого самочувствия мой сегодняшний визит тоже
невозможен. Мне становилось все хуже, поясницу ломило, а головная боль лишь
притупилась на время. Затаилась за левым виском, обещая вернуться, как только
закончится действие лекарств. Я начала собираться домой, думая о своем первом
Я была очень удивлена доверием Лебедева. Да, проучилась пять лет в институте, причем на отлично, и знала, что это мое призвание, а животных я всегда чувствовала.
Но разве он мог знать это, позволяя мне самостоятельный прием легких больных?
Была за это доверие невероятно благодарна, не понимая, чем оно вызвано и боясь
спросить, ведь его клиники — это бренд и знак высочайшего качества! Он не знал, что я его будущий конкурент. Наберусь опыта и открою собственную клинику. Это
моя заветная мечта! Интересно. Лебедев догадывался об этом или нет?
Ты закончила? Его светловолосая голова просовывается в дверной проем Легок
Можете войти, Георгий Иванович, я вас не укушу! Разбираю документы по
стопочкам и окидываю последним взглядом кабинет. А он смеется в ответ.
Рад твоему вернувшемуся сарказму. Рита! Даже не представляешь, как... Он
остается в дверном проеме, складывая руки на груди, и снова пронизывает своими
львиными глазами. А они у него такие... Тревожащие...
Мне можно идти? Я делаю вид, что не замечаю вопросительного взгляда, пытающегося прочесть мысли.
Иди. - И он чуть прислоняется к косяку, но проем не освобождает. Я хмурюсь. Не
хочу понимать его намеки. Я нравлюсь ему, и он пытается прощупать почву. Это
видно. Не понимает, что это бесполезно. Мое сердце и тело заняты! Причем разными
людьми! И я истерично хихикнула, а Егор вопросительно посмотрел.
