Когда сердце ошиблось

И почему я так безумно хочу его прикосновений? Соски моей груди превратились в

тугие ноющие горошины, жаждущие его шершавых пальцев. Но Кости меня не

касался. Просто смотрел голодным взглядом и ждал слов! Каких? Я не знаю! Не

А потом он сделал шаг вперед, обхватывая затылок и шею большой ладонью и

зашептал мне прямо в губы.

Хочу тебя на коленях передо мной' Считай это моей фантазией... Чтобы ты взяла

мой стояк в рот и высосала до капли! Сделаешь. Рита? Я покажу, как мне нравится!

Глубоко... До самого горла, бл.ь!

Я почувствовала, как он меня наклоняет и воспротивилась! Потому что... Это было. В

моих наивных мечтах для мужа' И только! Больше ни для кого! Последний бастион, крайняя точка, после которой не будет возврата к прежним мечтам. А я свои мечты

«Не могу...» —Прошептала, когда Кости, не отпуская мою шею. заставил

опуститься на колени и мне в губы настойчиво ткнулся его каменный член. Большой, толстый, испещренный венами, а на самом краю головки уже выступили блестящие

капли. Изо всех сил старалась не заплакать, пряча глаза и пытаясь отвернуться, но он

не позволил, а только разозлился еще больше. И я почувствовала, как сильная рука на

Можешь, Рита! Потому что я зол на тебя и мне не нравится то, что произносит

твой с ума сводящий ротик' Хочу его наказать! Чтобы в будущем ты думала над тем, что он произносит! Головой думала, а не своим, бл. ь, глупым сердцем!

Напор был таким жестким, грубым. Большая горячая головка члена толкалась мне в

рот, но я упорно сжимала зубы, ничего не отвечая! А потом Кости намотал мои

волосы себе на кулак, сдавливая кожу головы до искр из глаз! С такой силой, что рот

открылся непроизвольно, и вот он одним ударом входит так глубоко, что я начинаю

Чувствую терпкий, соленый вкус. Необычный... Пальцами впиваюсь в твердые

мускулистые бедра царапая и пытаясь оттолкнуть, но у меня слишком мало сил. И я

просто не могу целиком принять в себя такой огромный орган, у меня не получается!

Давай же. Рита! Кости не дает отстранится. По-прежнему до боли сжимая волосы и.

как рулем, управляя положением моей головы, наклоняя, поворачивая под нужным

ему углом. Он знает, как нужно, не вовремя мелькает дикая мысль, видимо было

много учениц! Я закрываю глаза, пытаясь подавить рвотный рефлекс от ощущения

толстого члена, который почти не умещается у меня во рту. а Кости не дает пощады, начиная вбиваться все дальше и дальше, глубже и глубже. И его не заботит, как мне

плохо, что слезы из закрытых глаз льются ручьем, слюни по подбородку

размазываются, а по телу бегут судороги от попыток сдержать рвоту. Я понимаю, что

нужно расслабиться, иначе потеряю сознание и просто не верю, когда начинаю

привыкать к жестокому вторжению. Когда Кости нашел удобный ему ритм, подчинил

и поработил.