0
0
Как под гипнозом, выхожу из машины. Умаров закрывает дверь и идет к багажнику. И когда я вижу, что он оттуда достал, на нас несется ураган страшной силы. кажется сейчас быть беде. Вон, даже тяпка в руках. Ой что сейчас будет.
- Ты кто такой? Почему моя, - но бабуля не договаривает, бросает тяпку на землю и прижимает руки к груди, начиная улыбаться.
Не поняла ничего. Начало ожидаемое. Я даже приготовилась слушать отборный народный язык, от которого лицо должно было слиться с волосами. Но вот продолжение мне совсем непонятно. Куда делся боевой настрой? Я ведь единственная, горячо любимая внучка, и тут такое.
Бабушки из соседних домов выглянули. Такая машина здесь не то что редкость, невиданный зверь! В нашу часть городка вообще никто не заглядывает. Частный сектор, самая окраина. Тут ничего и никогда не происходит. Заезжий молодец целое событие.
Да что же мы везде с приключениями? Позор в институте для меня не страшен. Год до терпела бы издевательства, а там здравствуй взрослая жизнь, новые люди. Но здесь! Это ужасно. Мне никогда не забудут Амира.
Оборачиваюсь, и застываю с открытым ртом.
Амир стоит с корзинкой цветов и пакетом в руках. Причем пакет не с тортиком. И не прозрачный, но настолько огромный, что мне даже страшно представить, что там может лежать.
Мужчина ровняется со мной, и даже слова возмущения не дает сказать, подталкивает в сторону бабушки. Мне ничего не остается, кроме как двигать на встречу беде. Вот только какой именно беде покажет время.
- Ликочка, солнышко мое, чего же не сказала, что с женихом едешь? В доме беспорядок, я вся перепачканная. Мне даже стол накрыть нечем. Стыдоба какая, - причитает бабуля.
- Зоя Семеновна, не беспокойтесь. Рыжик сама не знала куда я ее везу. При всем желании не смогла бы предупредить. Еще и уснула в дороге.
- Рыжик? – спрашивает, округляя глаза.
Да, бабушка помнит, как я в детстве обижалась на это прозвище. Потом мне стало все равно, но больше никто так не дразнил. Понимаю, что сейчас бабушка думает, чем он меня победил в этом вопросе.
- Ой, ну что это я. Пойдемте в дом. Нечего соседям уши греть, и холодно, а Ликочка раздета совсем.
Обходя нас по дуге и зайдя за спину, видимо, чтобы жених не сбежал, бабуля подталкивает нас к дому. Иду, как на эшафот. Вот как объяснить все ей? А соседи? Ой, ладно, последним бабуля рты закроет, но с ней самой как быть.
Смотрю на Амира со всей злостью, на какую только способна, а ему все равно. Заходим в дом. Приходится одернуть царя жизни, чтобы разулся в коридоре холодном на подножке.
- Ой, я же имя даже не спросила, - ведя нас в уютную кухню, вспоминает бабушка.
- Ничего. Мы просто еще не начали знакомство, - Умаров настолько приветлив, что зубы сводит.
Умеет мужик расположить к себе всех.
