Эксцесс исполнителя

 – Чтобы через год или через пять погибнуть при очередном ракетном обстреле? Сколько ваших коллег из других интернатов не пережили последнюю атаку Роя?

– Точно не скажу, но думаю, немало, – Штейн отложил планшет в сторону. – Из тех, кого я знал лично, погибли двое. Так значит, научная и преподавательская карьера тебя не интересуют? Зачем же тогда ты так глубоко погружаешься в мой предмет?

– Мне не нужен официальный диплом, но я планирую стать квалифицированным инженером. В последнее время я испытываю большой интерес к технике Роя и особенно к средствам ее уничтожения.

– Инженером? – слегка озадаченно переспросил преподаватель. – Может, ты имел в виду, что хочешь стать техником?

– Нет, вживлять себе в мозг чипы с искусственными нейросетями я желанием не горю. Знания можно получать и другими способами, чем я, кстати, и занимаюсь, в том числе и на вашем факультативе.

– Ну, в интернате ты сможешь получить только теоретические знания, да и то в ограниченном объеме, а инженеру нужна еще и обширная практика. Я и слово-то это начал уже забывать, если честно. Инженеры были тогда, до Вторжения, а теперь у нас остались только техники.

– И куда мы с таким подходом движемся, господин Штейн? – я невесело усмехнулся, – Каждое новое поколение нашей техники уступает предыдущему, хотя до Вторжения всё было наоборот.

– И ты, конечно же, хочешь это изменить, – со снисходительным сочувствием произнес учитель. – Впрочем, в твоем возрасте нормально верить в собственную способность поставить мир с ног на уши.

Спорить с этим утверждением я смысла не видел. Сейчас от преподавателя мне требовалось совершенно другое.

– Господин Штейн, я могу попросить вас достать для меня более продвинутые учебные материалы, чем те, что доступны в инфосети интерната?

– Да, естественно.

 – кивнул математик. – Честно говоря, ты первый воспитанник на моей памяти, обратившийся ко мне с такой просьбой. Ты действительно уверен, что готов тратить на это свое время? Я немного в курсе твоих дел. Так, совсем чуть-чуть, но мне кажется, что сейчас тебе должно быть несколько не до учебы, и уж точно не до получения знаний сверх обязательной программы.

– Видите ли, господин Штейн, мир – очень инертная штука, и без качественного пинка вставать на уши он совершенно не желает.

А чтобы хорошенько пнуть, нужно знать куда и как. Вот я и пытаюсь это понять, в том числе и с помощью вашего предмета.

– Очень красочный образ, – с легкой улыбкой кивнул преподаватель, вновь беря в руки планшет. – Хорошо, учебные материалы я тебе подготовлю к следующему занятию, а пока могу сказать, что работу ты выполнил без ошибок и весьма творчески, впрочем, как и обычно. Я рад, что в нашем интернате хоть кому-то ещё интересна математика.

– Спасибо, господин Штейн.