1
0А я занял его место на козлах рядом с Кижом. Мертвец ничего не сказал про такую рокировку, но и вожжи мне отдавать не стал. Между нами уселся Мурзилка, зажмурился от ветра и солнца и принялся урчать. Так мы и поехали дальше, наслаждаясь приближением дома.
За репутацию, мол, езжу вместо кучера, я не беспокоился. Двигались мы короткой дорогой, мимо Гусь-Мальцевского, а здесь дворяне почти не ездят и никто меня не узнает.
Уже под вечер мы проехали сельцо Золотково и выбрались на перекрёсток. Отсюда до Злобино оставалось всего вёрст сорок или чуть меньше. Часа три по разбитой дороге, и я дома! Мимо Добрятина, поворот — и выйдем на финишную прямую. Пусть придётся ехать в темноте, но я собирался ночевать дома.
Поворот тяжёлому дормезу дался нелегко. Он и так здоровенный и с трудом ворочается в узких местах, да ещё и огромная лужа расплескалась на весь перекрёсток.
Киж хлестнул вожжами, подгоняя лошадей.
— Давай, родимые, давай!
Кони, с трудом вытаскивая копыта из грязи, изо всех магических сил тянули дормез.
Экипаж тряхнуло и чувствительно наклонило, так что мне пришлось крепко держаться, чтобы не вылететь с козел.
Крикам Кижа вторил громогласный храп Васьки. Ему ухабы и тряска были нипочём, словно его прибило к сундуку вместе с рогожей.
— Погоди, — я рукой остановил Кижа, — едет вон кто-то, пропустим. А то ненароком заденем и перевернём беднягу.
Нас догнали лёгкие дрожки. Не заезжая в лужу, они обогнули нас по обочине и чуть-чуть притормозили, чтобы поблагодарить. Но стоило вознице разглядеть моё лицо, как он изо всех сил натянул вожжи.
— Константин Платонович! Неужели вы?!
Моргнув, я вгляделся и узнал его. Добрятников! Точно он.
— Пётр Петрович, рад вас видеть в здравии!
Шляпа слетела с головы Добрятникова. Но он, не обращая внимания, спрыгнул с дрожек и прямо через лужу побежал к дормезу. С разгону запрыгнул на подножку, протянул руку и сильно пожал мне ладонь. Меня посетило стойкое чувство, что он хотел не поздороваться, а проверить — настоящий ли я.
— Безумно рад! Константин Платонович, как хорошо, что вы приехали! Просто чудо какое-то — вот так встретить вас на дороге. Немедленно едемте в Добрятино. Сейчас же!
— Простите, Пётр Петрович, я хотел прямо в Злобино. Не обижайтесь, но очень уж соскучился по моим домашним.
— Ой, я вас прекрасно понимаю. Правильно! Так и надо. Будь я столько в отъезде, тоже бы отверг все приглашения и через поля летел домой. Правильно. Только…
Добрятников запнулся и посмотрел на меня виноватым взглядом.
— Только я опасаюсь, с этим будут некоторые сложности.
— Константин Платонович, садитесь ко мне в дрожки, и мы по дороге всё обсудим. Вы выслушаете и сами решите, когда ехать в Злобино. Рассудите прямо сейчас — не буду вас задерживать.
