Дядя самых честных правил 4

Уже на подъезде к Петербургу Орлов неожиданно завёл со мной разговор о «политических» делах.

— Костя, ты бы поостерёгся в столице.

— Разве не слышал, что наследник, Пётр Фёдорович, преклонялся перед Фридрихом? А ты его кумира того, — Орлов зло усмехнулся, — пристрелил, как тетерева. Отправит тебя в ссылку или в Шлиссельбург посадит.

— Разберусь, — я махнул рукой. — Он пока не император.

— Но скоро станет. Характер у него, говорят, злопамятный.

Орлов кинул на меня быстрый взгляд, будто оценивая реакцию, и продолжил:

— Слухи ходят, что Апраксина, генерал-фельдмаршала, в заговоре обвинили за несогласие с наследником. Не хотел в армии прусские порядки наводить, вот и довели человека до смерти — на допросе в пыточной сердце не выдержало. А какой полководец был! Отец, земля ему пухом, дружил с ним, рассказывал, что беспримерной храбрости человек.

Я слушал, кивал, но высказываться не спешил. Ни в каких заговорах участвовать я не собирался и примыкать ни к одной дворцовой партии не желал.

— Канцлера Бестужева в ссылку отправили. А ведь это глыба, человечище! Сколько лет императрице служил, и в один миг всего лишился. Тоже, по слухам, за нежелание Петра наследником видеть. Чуешь, какие большие люди пострадали? А ты всего лишь капитан. Будь осмотрителен, Костя, старайся не выделяться при дворе.

— Гриш, а заговор и в самом деле был?

— Не знаю. Не с моим чином такие подробности знать.

Разговор сам собой перескочил на другую тему, но я сделал пометку: заговор, скорее всего, был настоящий. И Орлов, через дружбу отца с Апраксиным, вероятно, был в нём замешан. Но, увы, главные действующие лица, Апраксин с Бестужевым, попали в жернова Тайной канцелярии и переворот не состоялся.

Кижа я заранее отправил вперёд для решения «квартирного» вопроса. Хоть и мёртвый, он разбирался в комфорте лучше любого столичного сибарита, да и цену мог сбить, как заправский купец. Так что к моему приезду в столицу он уже снял нам комнаты в доходном доме.

Стоило мне войти в новое жильё, Мурзилка спрыгнул на пол, обошёл все помещения, обнюхал цветы в горшках на подоконниках и потоптался на диванах. Царственной походкой прошествовал в гостиную и растянулся на пушистом ковре, одобряя выбор Кижа.

— Я иногда думаю, — мертвец смерил взглядом кота, — что это он дворянин, а мы так, крепостная прислуга. Кормим его, развлекаем, возим по интересным местам.

— Кто знает, Дмитрий Иванович, может, так оно и есть.

Помывшись с дороги и приведя себя в порядок, я отправился на доклад к начальству. А поскольку стояло воскресенье, то прямо домой к Шувалову и поехал. Но его не оказалось, и я оставил ему письмо, свой адрес и посчитал долг выполненным.

День был ясный, тёплый, как нельзя больше подходящий для прогулок.