Дядя самых честных правил 4

С ним общался только Мамонов.

Мне потребовалось полчаса чтобы вытрясти из покойника подробности о делах рода, Мамонове и прочие малоинтересные детали. С каждым вопросом мне приходилось накачивать в него всё больше и больше эфира, чтобы добиться ответа.

— Откуда ты взял «Зуду»?

— Не понимаю вопроса.

— Медную коробочку с листьями, которая блокирует магию.

— Получил от Мамонова для штурма усадьбы.

— А зачем напал на меня?

Покойник булькнул горлом, и по щеке потекла струйка тёмной жидкости.

— Ненавижу Урусовых. Всех бы в крови утопил.

Киж, до этого спокойно наблюдавший за допросом, шагнул вперёд.

— Вы уже закончили, Константин Платонович? Разрешите с ним разобраться.

Картина уже прояснилась, и продолжать не было особого смысла. Анубис втянул щупальца, и я кивнул Кижу. Мертвец наклонился над лже-Еропкиным и заглянул покойнику в глаза.

— Собаке собачья смерть.

Ударом руки Киж проломил ему грудную клетку и вытащил небьющееся сердце.

— Чтоб ты до конца века в аду горел, погань.

Он раздавил пальцами комок мёртвой плоти и вытер ладонь об одежду покойника.

— Зачем? — уточнил я.

— Чтобы точно не вернулся, — пояснил Киж с улыбочкой. — Мертвец без сердца не найдёт дорогу, даже если его позовут.

— Да? Ну, и славно. Пойдём, Дмитрий Иванович, запашок от твоих экзерсисов хуже некуда.

Выйдя из ледника, я спросил его:

— Дмитрий Иванович, насчёт твоей маскировки от взглядов живых.

— Ты можешь её накинуть на меня?

— Никогда не пробовал, — Киж хмыкнул, — но может сработать. Если вы будете находиться рядом и молчать.

— Простите моё любопытство, Константин Платонович, но зачем?

— Хочу нанести визит господину Троекурову и посмотреть на него лично.

Глаза Кижа вспыхнули.

— Зачем? Убивать его не за что, а вот наказать стоит. Припугнём слегка, чтобы даже дышать в нашу сторону не мог.

Мертвец разочарованно вздохнул. Дай ему волю, так он бы хоронил всех, кто хоть косо посмотрит в мою сторону.

Утром нога меня почти не беспокоила. Воспаление вокруг раны спало, и Настасья Филипповна не могла не нарадоваться, когда меняла повязку. То ли сеанс некромантии так подействовал, то ли мазь у ключницы оказалась чудодейственная. Главное, я мог спокойно ходить, не шипя от боли и не хромая на каждом шагу.

Первым делом я вызвал к себе Кижа.

— Дмитрий Иванович, давай проверим, сможешь ли ты меня прикрыть от чужих взглядов.

Мертвец пожал плечами.

— Проверим, если желаете. Не уверен только, что вам будет приятно.

— Не страшно, потерплю как-нибудь.

Киж сделал движение, будто распахнул полу длинного плаща и накинул невидимую ткань на меня, укрывая с головой.

Ёшки-матрёшки, это называется «неприятно»? Да сдохнуть можно, как омерзительно. Будто я уже умер и пялюсь на окружающий мир со дна могилы.