Чехов. Книга 10. Грехи отцов

— Наш мальчик стал таким взрослым!

Шуйский сделал глоток чая.

— Даже не стану спрашивать, откуда у вас бумаги, — пробормотал он. — Но вы уверены, что документ чистый?

— Я покажу его вам, чтобы вы смогли подтвердить это, — предложил я.

— Сговор… — умилилась бабушка и по-доброму потрепала Дмитрия по плечу. — До чего ж приятно вновь водить дружбу с вашей семьей, юноша!

— А мне приятно, что я сумел вас порадовать, — смущенно ответил тот.

— Значит, ты сможешь найти общий язык с живой Виноградовой? — немного нервно уточнил отец. — И объяснишь, что ей не стоит привлекать лишнего внимания?

— Не стоит недооценивать умственные способности Любови Федоровны… — начал было я.

— Людмилы! — поправил меня Филипп Петрович. — И тебе следует помнить, что у призрака были ограничения. Она была привязана к дому и просто не могла делать многие вещи. Уверен, что с возвращением к жизни она останется той женщиной, которую ты знал. Я помню Виноградову при жизни — хотя мы и не были знакомы лично, я знаю, что она была весьма дерзкой дамой.

— Она умна, — возразила бабушка. — Не стоит недооценивать этого факта. Что до дерзости, то меня тоже считали таковой.

— И сейчас считают, — невинно заметил Шуйский.

— Что не мешает мне поступать логично, — улыбнувшись, закончила Софья Яковлевна. — Людмила Федоровна не юная профурсетка, которая после пробуждения бросится во все тяжкие. Но все же не помешает завести в доме наручники, блокирующие силу. На всякий случай.

— Я передам для вас посылочку, — пообещал Шуйский.

— Я постараюсь проследить за тем, чтобы она не вышла из себя, — внезапно заговорил Лаврентий Лавович, который все это время сидел на диванчике.

— Будем следить за ее душевным состоянием, чтобы не случилось беды. Что до кольца…

— О нем не беспокойтесь, — быстро проговорил я.

Лекарь обернулся и окинул меня долгим непроницаемым взглядом.

— Оно не должно попасть не в те руки, мастер некромант, — предупредил он меня. — Я никогда не думал, что в мире встречаются подобные артефакты. И ведь я даже не догадывался, что все это время проклятое кольцо потихоньку пожирало меня.

— Вы уверены? — заволновался я

— Теперь я понял это… Мой миньон изменился, потому что ему не хватало питания.

Но теперь, когда кольца на нашей болезной больше нет, все должно вернуться в норму. По крайней мере, я на это надеюсь…

— Вам нужна подпитка, — решительно заявил Филипп Петрович, поднимаясь с кресла. — Мы сейчас же поедем с вами в храм, где вы получите столько сил, сколько потребуется.

— Но как же Людмила Федоровна? — робко возразил Лаврентий.

— Вряд ли ей станет лучше, если вы сломаетесь, — сурово ответил князь и повернулся ко мне. — Павел Филиппович, вам придется какое-то время обойтись без лекаря.