Чехов. Книга 10. Грехи отцов

Уж больно морда у него министерская.

— Значит, ступай к себе, — велел я и отменил тотемы.

И вовремя. Потому что в этот момент из-за угла вышел мужчина и направился прямиком к нам.

— Доброго вечера, мастер Чехов, — поздоровался он.

Мне пришлось изобразить удивление.

— Мы знакомы? — уточнил я.

— Было бы странно вас не знать, — ответил собеседник. Он склонил голову к плечу, несколько мгновений с интересом рассматривая меня. Затем поправил манжет рубашки, но я успел заметить на коже край рисунка, которые уже видел у жрецов.

— Вам нужна моя помощь? — предположил я.

— Я состою в новом отделе жандармерии, — негромко сообщил мужчина, придвинувшись ближе. — Отдел, похожий на тот, представители которого не так давно был в вашем доме…

— Не понимаю, к чему вы мне все это рассказываете, — достаточно резко оборвал его я. — Ваши коллеги действительно заезжали ко мне, ничего не нашли и откланялись… Вы за мной следите?

Я повысил голос, привлекая внимание проходящей мимо пары, которая немного сбавила шаг, обернулась и с интересом посмотрела в нашу сторону.

Мужчина поджал губы:

— Нет, что вы. Я здесь на службе…

— А я здесь по приглашению, вместе со своей спутницей.

Мы пришли сюда отдохнуть. И спрашиваю вас вновь: вам нужна моя помощь?

Мужчина покачал головой:

— Нет, мастер Чехов.

— Но вы подошли ко мне и представились жандармом с метками жреца. Вы пытались меня этим впечатлить? А быть может, вы меня преследуете?

— Простите, все это недоразумение… — начал было мужчина.

— Если замечу кого-то, кто меня преследует — подам жалобу на ваше отделение. Я спокойно отнесся к визиту жандармов в свой дом, но видимо мою вежливость приняли за слабость. Это можно легко исправить.

— Простите, что отвлек вас, — тут же произнес жандарм, показывая, что понял намек, и откланялся.

Как только он отошел, мы с Нечаевой направились прочь.

— Кажется я плохо на вас влияю, Павел Филиппович, — шепнула девушка. — Вы в какой-то мере нарушили закон.

— Может прозвучит по-детски, но не я это начал, — спокойно ответил я. — И когда люди играют нечестно, стоит менять правила… К тому же мне очень не хочется, чтобы в альманахе, который потом вручат всем гостям вечеринки, на фотографии рядом со мной была не самая красивая девушка Петрограда, а какая-то там Свиридова…

Арина собиралась что-то ответить, но в этот момент мы вышли в новый уголок сада, где нас встретили фейерверки.

И сразу стало не до разговоров. Благодаря талантливым огневикам ожоги гостям не грозили, но птицы из пламени порхали повсюду, и от них пестрело в глазах.

Мне показалось, что Нечаевой от всего этого стало слегка не по себе. По крайней мере, я решил так потому, что девушка тесно прильнула ко мне, ухватившись за руку еще крепче. Однако я не возражал.