Чехов. Книга 10. Грехи отцов

А учитывая, что призрак обмолвился, что это женщина и она работала в Мезоамерике, она наверняка есть в этих списках.

— Тогда лучше попросить помощи, — протянул Фома.

— Почему? — удивился Питерский. — Ведь Александр Васильевич вроде как не чужой человек. А член семьи.

— Потому что тогда я буду должен услугу их организации, — пояснил я.

— Так вы для кустодиев много чего сделали. Это они вроде как вам должны. Как земля помещику, — резонно возразил парень.

— И то верно, — согласился я и со вздохом выбрал из адресной книги нужный номер.

Разговор с Морозовым вышел коротким.

Едва бывший глава кустодиев узнал про наводку покойного Козырева, как показное веселье мигом исчезло из его голоса. Он внимательно выслушал историю, которую я ему пересказал, не вдаваясь в подробности про эксперименты Козырева с зеркалами. А затем озвучил только один вопрос:

— За какой период вам нужны эти списки, мастер Чехов?

Я назвал примерные даты, и Морозов, не попрощавшись, завершил вызов. Я же убрал телефон в карман, понимая, что теперь придется только ждать.

Фома свернул во дворы и остановился рядом со знакомым мне домом, где жил Сергей Козырев.

— Подожди меня здесь. Я скоро вернусь.

Я вышел из авто и направился к нужной парадной.

Сергей открыл дверь прости сразу, как я нажал на кнопку звонка. Словно бы дежурил у створки, то и дело выглядывая в глазок и проверяя, не прибыл ли я. Наследник Василия казался встревоженным, но с порога вопросов задавать не стал. Молча посторонился, пропустив меня в квартиру.

— Спасибо, — произнёс я и шагнул в помещение. Козырев же закрыл за мной дверь и произнес:

— Вам удалось что-то узнать, Павел Филиппович?

— Немного, — ответил я, достал из кармана пиджака несколько пачек пятирублевок и протянул их Сергею.

— Вот.

Козырев удивленно посмотрел на протянутые ему деньги:

— Остатки денег из тайника вашего покойного отца, — спокойно пояснил я. — Большую часть, к сожалению, он успел потратить.

— Этого хватит, чтобы выплатить долг за квартиру, — рассеянно протянул мужчина, оценив вес пачек. Казалось, Козырев еще до конца не верил в происходящее. Он принял деньги, и я заметил, что руки у него слегка подрагивают. — Спасибо вам, Павел Филиппович.

— Деньги ему оставил я, но благодарит он адвоката, — произнёс стоявший за его спиной Василий. И я улыбнулся:

— Вам стоит благодарить отца, который просил передать вам эти деньги.

— Просил? — настороженно уточнил Сергей и оглянулся. — Неужто он и сейчас здесь?

— Душа вашего батюшки не покинула этот мир.

— Ему надо помочь? — вызвался младший сын покойного.

— Чем ты можешь мне помочь? — почти ласково протянул старик и захохотал. — Вот до чего ж потешный у меня сынок. Кто б ему помог, а он все туда же.