Чайная роза

Конечно, он мог бы потребовать отгул, но это было бы глупо. Не сейчас. Питерсон намекал ему на повышение. Мартин Уилсон — человек, определявший конечную цену, которую они платили за товар, — увольнялся. Джо и в голову не приходило, что он может занять место Мартина; он слишком недавно работал у Питерсона, но ошибиться было невозможно. Томми пользовался любой возможностью, чтобы похвалить его. А сегодня поручил ему работу Мартина, потому что сам Мартин якобы был нужен в конторе. Но Джо видел, что Томми и Мартин наблюдали за ним. После окончания работы Томми просмотрел ведомость, указал два случая, где Джо переплатил за товар, четыре случая, где он недоплатил, и жизнерадостно констатировал: «Как всегда, выше всякой критики!» Джо чуть не лопнул от гордости. Похвала Питерсона значила для него все больше и больше.

Они с Гарри закончили поздно, уже после семи, но Томми домой не торопился. Рядом с ним была Милли. Когда хозяин пригласил молодых людей на ужин, у Джо сжалось сердце. Он собирался съездить в Уайтчепл и встретиться с Фионой. Они не виделись уже две недели. Джо волновался за нее, но отвергнуть приглашение Питерсона было нельзя. Томми попросил их привести себя в порядок и прийти в «Сардини» — итальянский ресторан в двух кварталах от Ковент-Гардена. Бедный Джо, который ни разу не был в ресторане, ударился в панику. Наверное, он не пойдет: у него есть только рабочая одежда. Гарри дал другу сюртук, который стал мал ему самому, рубашку и галстук. Из двух собственных брюк Джо выбрал те, что понаряднее.

Слава богу, зал ресторана освещался только свечами, подсвечниками для которых служили винные бутылки, поэтому никто не заметил, что сюртук и брюки Джо не сочетаются друг с другом. С бульоном и закусками Джо справился прекрасно и споткнулся лишь тогда, когда принесли пасту. Томми и Гарри смеялись, следя за его попытками справиться с этим блюдом, но потом Милли показала Джо, как следует накручивать макароны на вилку. Она посыпала его спагетти пармезаном и стирала с его подбородка томатный соус. У девушки было хорошее настроение; она рассказывала, как продвигается подготовка к празднованию годовщины раскрытия «порохового заговора». Покончив с ужином, они вместе вернулись Ковент-Гарден, а потом Томми и Милли уехали.

Джо получил громадное удовольствие, но совесть мучила его ужасно. Сегодняшний вечер он должен был провести в Уайтчепле. Фиона побледнела, похудела и тосковала по отцу. Он вел себя как последняя свинья. Любимая нуждалась в нем, а где он был? Пировал в «Сардини». Джо помнил, как провожал Фиону домой после прогулки у реки в день похорон ее отца. Помнил, как Фиона вцепилась в него перед уходом. У него разрывалось сердце.