Чайная роза

Фиона и Ник были очень близки, даже неразлучны и относились друг к другу с такой нежностью, что, если бы Ник любил женщин, у Уилла не было бы никаких шансов. Чтобы сделать Фионе приятное, Макклейн решил содействовать его карьере. На приеме в честь Бирштадта он познакомил молодого мистера Сомса со знаменитыми коллекционерами Уильямом Уитни, Энтони Дрекселом и Джоном Пирпойнтом Морганом.

А Фиону представил признанной королеве нью-йоркского высшего общества Кэролайн Астор. Большинство женщин на ее месте оробело бы, но Фиона только улыбнулась, пожала Кэролайн руку и сказала:

— Шикарный прием, правда? — Кэролайн держалась с ней высокомерно и холодно, но не могла не поинтересоваться, где Фиона купила свое красивое платье.

— В Париже? — спросила она. — В Лондоне?

— Нет, в «Мейси», — ответила Фиона.

Кэролайн вытаращила глаза, а потом рассмеялась. И так Фиона действовала на всех. Она не притворялась. Очаровывала и закоренелых снобов, и грубых бизнесменов, всегда оставаясь самой собой. Она покорила даже Моргана, самого богатого человека в стране. Когда Уилл представил ее, Фиона встретила его грозный взгляд улыбкой и по-мужски пожала ему руку. Позже Морган добродушно буркнул Уиллу, что этой бесстрашной девчонке не мешало бы изобразить хоть толику священного трепета.

Уилл был влюблен по уши и не раз хотел признаться ей. Однажды он чуть не сделал это в карете, когда они возвращались с ужина, но заметил, что девушка напряглась, и сменил тему. Наверное, Фиона сомневалась в его искренности. Или так же, как он сам когда-то, боялась, что у них ничего не получится, а она останется с разбитым сердцем. Интуиция подсказывала Макклейну, что кто-то уже сделал это. У Фионы была страстная натура, но в ее прикосновениях и поцелуях всегда ощущалась странная настороженность. Уилл собирался представить ее своим родным. Это должно было доказать серьезность его намерений. И его детям тоже пошло бы на пользу. Рано или поздно он и Фиона столкнутся с Уиллом-младшим или Джеймсом в ресторане или кто-нибудь скажет сыновьям, что видел их вместе. К счастью, никто из его детей не читал «Болтовню Питера». Хилтон был неравнодушен к Фионе и упоминал ее в своей колонке чуть ли не каждую неделю. Всегда описывал ее наряды, приводил имена ее неизменных спутников и сообщал, что люди заключают пари, кто из них будет сопровождать Фиону на этот раз — ослепительный молодой англичанин Ник Сомс или старый светский лев Уилл Макклейн. Было ясно, что даже этот грязный сплетник не разгадал сексуальную ориентацию Ника и его роль дуэньи при Фионе.

— Папа… — окликнул Уилл-младший. — Я задал тебе вопрос. Ты что, не слышал?

— Извини, задумался. — Уилл ощутил на себе взгляд Эмили. Потом дочь опустила глаза и снова взялась за шитье.