7
0А тот смотрел на его щеку, которой недавно касались его пальцы, и на то, как быстро в том месте на ней наливаются синяки, и думал о том, какое же, оказывается, глава Проклятого пика хрупкое создание, а он никогда не замечал. Ему было невдомек, что «хрупким» глава пика Черного лотоса стал только после перерождения Шена, который никак не мог совладать с духовными силами своего предшественника и постоянно лажал.
Шен же, после своего перерождения здесь, так часто чувствовал боль, что уже почти привык не обращать на нее внимания, хотя бы на четверть отыгрывая роль надменного оригинала из новеллы.
Молчание как-то подзатянулось, и Шен не нашел ничего лучше, кроме как начать с нападения:
- А тебя стучать не учили?!
Он ведь точно помнил, что закрывал дверь, прежде чем лечь спать! Муан ее что, выломал??
- Лучше скажи, чего ты так испугался, - не дав увести разговор в сторону, надменно спросил Муан, сложив руки на груди.
Недовольный Шен посмотрел в сторону и буркнул:
- Просто плохой сон приснился.
- Плохой сон? – недоверчиво переспросил Муан. – Да что же было в этом сне… - начал он и внезапно осекся и решил не продолжать.
Шен перевел на него удивленный взгляд, никак не ожидая от того подобной чуткости.
- Ладно, - махнул рукой Шен, прогоняя остатки наваждения, - зачем же ты явился?
- Вот! – Муан кинул в него фарфоровой шкатулочкой. – Промой раны на щеке и обработай этой мазью, если не хочешь, чтобы шрамы остались! Я не хочу по приезду на пик Таящегося ветра убегать от главы ордена! А он с меня три шкуры спустит за то, что не уберег его сокровище!
- Ну да, - хмыкнул Шен, игнорируя подколку о сокровище, - конечно же у красавицы вроде тебя всегда имеется под рукой подобная штука!
Красный до корней волос, Муан покинул его комнату, громко хлопнув дверью.
Очень довольный развитием диалога Шен рассмеялся ему вслед.
[Дзынь. Системное уведомление. Уровень ненависти к главному злодею понижен. +10 баллов к харизме.]
«Этакими темпами я вскоре смогу баллотироваться в губернаторы!», - прокомментировал удовлетворенный происходящим Шен.
Открутив крышечку, он нюхнул содержимое шкатулочки. Твердая на ощупь мазь пахла еловыми иголками и можжевельником. Быстро умывшись и смыв засохшую кровь, Шен нанес мазь на поврежденную щеку.
Спать не хотелось от слова совсем. Точнее, спать очень даже хотелось, но страшно было закрыть глаза и вновь провалиться в тот кошмар. От нечего делать, Шен принялся ходить по комнате, размышляя, кто же мог так над ним подшутить.
Через энное количество кругов по комнате и примерно четыре сгоревшие палочки ладана, Шен пришел к мысли, что кроме товарища Глубинной тьмы-Ера никто не смог бы так бесцеремонно вторгнуться в его сны.
