6
0Видимо, решив, что у злодейского злодея должна быть хоть одна человеческая черта, Великое Божество Ер наделил его безудержной любовью к сладкому.
- Возьми, - Шен протянул конфеты Алу.
Мальчик с таким ужасом уставился на сверток, что Шен опешил. «Он решил, что я отравить его вознамерился?»
- Съешь, а то сейчас замертво упадешь же. А меня совершенно не радует перспектива тащить тебя на себе, - пояснил он, как ему казалось, логично свои действия.
Ал все еще смотрел на него, глупо хлопая округлившимися глазами.
«В конце концов, он всего лишь мальчишка, - подумал Шен, терпя на себе этот взгляд и чувствуя себя великовозрастным умудренным старцем. – Я в свои пятнадцать только об играх и думал, а ему пришлось с детства переносить трудности и лишения. Не стоит ждать от него адекватной взрослой реакции, пускай подрастет сначала».
Схватив его за руку, Шен всучил ему конфеты.
- Мы никуда не пойдем, пока ты это не съешь.
Ал со слезами давился конфетами и поглядывал на неприступный и холодный образ учителя Шена. Его серебряные одежды словно окутывали того коркой льда.
Конфеты были очень вкусными, Ал никогда в жизни еще не пробовал настолько вкусной еды. Но учитель не мог дать ему их по доброте душевной, подобного у Шена просто не существовало, и мальчик с тоской думал, что это, вероятно, последняя еда в его жизни. Но даже если так, было приятно, что это хотя бы такие вкусные конфеты.
Шен дождался, пока он съест все до последней конфетки. Отвернувшись от Ала, он с унынием глянул на гору, с которой целый час спускался. Полететь на мече можно было, только выбравшись за пределы барьера, а пределы его были высоко в небе. И даже если бы получилось, Шен не хотел привлекать подобными выходками излишнее внимание. Хватит и того, что он запихнул недоучку на опасную тропу! В оригинале никто не узнал, почему на самом деле Ал оказался на тигриной тропе, и подобное развитие событий Шена устраивало.
- Что ж, идем, - вздохнул он и двинулся вверх.
Мальчик недоверчиво уставился на медленно удаляющуюся фигуру учителя. Он что, серьезно пришел сюда, чтобы помочь ему выбраться? Да ну, быть не может.
- Чего ты там застыл? Конфеты перевариваешь? – разозлился Шен, когда обернулся и узрел Ала на том же самом месте.
- Простите, учитель! Этот ученик сожалеет! – тут же запричитал тот, быстро кланяясь и спеша вслед за ним.
Шена позабавил бы подобный авторитет, если бы он не знал, чем впоследствии это для него аукнется. «Ну почему нельзя было меня быстро прикончить, а, Ал?!»
Конечно, он ничего не сказал, а просто хмыкнул и отвернулся. Мальчишка пораженно уставился в его спину.
