3
0– Придд только что миновал Зимний проезд. Можем подождать еще минут десять.
А можем ехать похоронным шагом, это лучше, чем любоваться на Айнсмеллера среди спиленных каштанов. Робер потрогал украшенное браслетом Айрис запястье и сухо поклонился цивильному коменданту:
– Что ж, барон, встретимся у входа в Ноху. Сэц-Ариж, едем.
...Тихая, словно выметенная незримой метлой улица вливалась в другую, заполненную народом. Под ноги всхрапнувшему Дракко шмякнулся венок розовых иммортелей.
– Да здравствует Эпинэ! – надсадный вопль послужил сигналом. Принарядившиеся горожане громко радовались воцарению Ракана и приветствовали Повелителя Молний, Первого маршала Талигойи, внука великого Гийома и так далее. От венков и букетов разило мертвечиной, а взлетающие в воздух чепцы, шапки и шляпы казались нетопырями.
На углу Зимнего проезда и Оружейной на дорогу выбежала девица в белом и встала, выставив вперед охапку рыжих, похожих на фонарики цветов.
– Жильбер, – бросил Робер, – возьмите этот... подарок. И заплатите.
– Да, Монсеньор, – откликнулся Сэц-Ариж. Робер дернул за узду, объезжая девицу с физалиями или как там назывались эти рыжики. Любопытно, что получат крикуны за свою любовь: деньги, хлеб, вино или просто спокойный сон?
В глаза бросилось несколько то ли студиозусов, то ли подмастерьев в разноцветных куртках. Высокий и рыжий вытащил из-за пазухи голубя и подбросил. Обалдевшая от свободы, холода и солнца птица едва не упала, но выправилась и затерялась среди крыш и ветвей.
– Да здравствует Эпинэ! – заорал парень. – Иноходец в свинячьем стаде!
– Ура Югу! – подхватил второй.
– Юг, сними раканьи тряпки! Мы с тобой!
– Давить север! – завопил заводила, вскакивая на основу каменной ограды. – Долой Таракана!
Несколько дюжих цивильников, расталкивая толпу, бросились к бузотерам, но те, на прощанье еще разок проорав «Ура Эпинэ», куда-то юркнули и исчезли. Робер обернулся: на лице Жильбера Сэц-Арижа блуждала блаженная улыбка.
399 года К.С. 24-й день Осенних Молний
Бочку на коронацию не допустили – рожей не вышел и не рожей тоже, что его и спасло. Жирный горбоносый жеребчик с маленькими хитрыми глазками блаженствовал в деннике, Матильда бы с радостью поменялась с ним местами, но принцессам сено хрумкать никто не даст. Ее Высочество оперлась о руку царственного внука и под грохот оркестра сползла с крыльца. Праздничек, чтоб его, начался.
Альдо галантно зашвырнул бабку на многоопытную белую кобылу. Скотина сияла от золота, попону украшали геральдические звери, на уздечках брякали подвески, а грива была подобрана какими-то прищепками.
