3
0– Вы знаете, что лучшая дистанция для линейного боя – пистолетный выстрел? – Кальдмеер смотрел на Йозева. – Знаете или нет?
– Так точно, – выпалил Зепп зазубренную премудрость, – пистолетный выстрел – идеальное расстояние для бортового залпа.
– Но не сейчас и не для нас, – адмирал протер окуляр полой плаща. – Когда станете капитаном, почаще вспоминайте, что правила срабатывают не всегда.
Чужие линеалы приближались, продолжая разворот. Еще несколько минут – и они станут носом, попадут под продольный огонь, другого такого случая не будет. Коронованный черный рыцарь надменно глянул Зеппу в лицо, за его спиной вздымались мачты, – пора! Почему «Ноордкроне» молчит? Неужели еще не зарядили?! Леворукий, сколько можно возиться!
Полетели обломки, над головой черного короля заполоскал разорванный парус, закачались и посыпались с мачты серые человечки.
– Все ядра попали! – завопили с марсов. – Все!
Но поворот продолжался, рука фрошерского короля тянулась к горлу залива, он уже не смотрел на Зеппа. Скоро они снова станут бортом, только ближе, гораздо ближе...
– Живее заряжайте... Живее, раздери вас закатные твари!
Орудийная прислуга втаскивала пушки, заряжала, открывала порты, подносила пальники. Сколько они возятся, шесть минут или шесть месяцев?! Наконец-то! «Ноордкроне» затрясло от собственных выстрелов.
– Бе... ер... дит... ...вер, – проорали с марсов сквозь подутихший ветер и орудийный гул, – ерал... венде! ...чал ...елку.
– Скоты, – рыкнул фок Шнееталь, разобравший явно больше Йозева, – какие скоты!
– Забудь, – отмахнулся адмирал, вглядываясь в окутанных дымом фрошеров, – без них проще.
– Здесь – да, – с какой-то тоской откликнулся капитан, – но прав тот, кто первым вернется в Эйнрехт.
– Я согласен положить шпагу, – улыбнулся Ледяной Олаф, – вместе с головой. Но пока все не так уж и плохо, может, сохраним и головы, и шпаги.
Снова ударили пушки, и Зепп с трудом удержался на ногах. Носились подносчики пороха с картузами, тут и там мелькала лысая голова судового врача. К счастью, работы у него пока было немного.
– ...думаешь? – в показавшемся почти тишиной свисте ветра проступил голос шаутбенахта. – Но почему бы тогда...
– Не поднять паруса? – усмехнулся Ледяной Олаф. – Да, мы можем выйти из боя и догнать Вернера. Если бросим караван на съедение. Ты представляешь, сколько их уцелеет? Нет, Адольф, на такое я не пойду. Не могу пойти. Привел их сюда я, и они начнут умирать только после меня.
– Как знаешь, – махнул рукой Шнееталь, – но мне будет жаль, если мы сдохнем, а Бермессер с Хохвенде – нет!
– На все воля Создателя, – адмирал резко обернулся. – А вы хороший слушатель, лейтенант.
– Простите. – Да что с ним сегодня такое! Толку никакого, свалился прямо на адмирала, да еще и подслушивает.
