3
0— Не переживайте, мы подбросим ее домой, — ободряюще улыбнулась фея.
— Завтра в шесть часов утра за вами прибудет служебная машина. Марго же написала об этом?
— Да. Не волнуйтесь, Максим Аркадьевич, я все сделаю.
— До встречи завтра утром.
Он выбрался из-за стойки и направился к выходу.
Местное самодурство решило дать ответную акцию на его выступление в парке.
«Что ж, посмотрим, кто выйдет победителем», — чувствуя, как в нем закипает ярость, подумал Макс.
Он сел за руль своего внедорожника, и машина сорвалась с места.
Когда Макс вывернул на Цветочную улицу, демонстрация набирала обороты. Те же самые горожане, которые вчера подписывали его петицию о реконструкции парка, сегодня вышли на баррикады.
Ему удалось припарковаться на углу двухэтажного здания, подготовленного к сносу. Выбравшись из машины, Макс бросился к огороженному участку стройки, где в заложниках оказалась охрана и сотрудники.
Кое-где временный жестяной забор помяли. Огромный баннер с названием строительной компании и комплекса действительно залили зеленой краской. «Убирайтесь из города, проклятые разрушители!» — крупными фиолетовыми буквами была выведена надпись на воротах.
«Что за дикие люди? — ошеломленно осматривал побоище Макс. — Вчера они улыбались и подписывали согласие, а сегодня устроили несогласованный митинг. Как можно быть такими двуличными?»
Но Смирновы не из той породы, которая сдается при первых трудностях.
«Может, у нас и нет никакого благородства в крови, но революцию тысяча девятьсот семнадцатого произвели отнюдь не графы!» — хлопнув железными воротами, сжал кулаки.
— Макс! — материализовался по видеосвязи отец. — Ничего не предпринимай! Я уже в здании администрации. Полиция в курсе. Они едут на Цветочную.
Макс с силой хлопнул железными воротами.
«Вот как, значит, да? — вышагивая широким шагом в сторону входа в строящееся здание, размышлял он. — Отныне никаких поблажек. Снесем весь старый фонд за двадцать четыре часа. Не будет никакого снисхождения к жителям этого никчемного городка! Всех, кто пользуется зданием на Цветочной, вышвырнем на улицу вместе с вещами! Я покажу вам митинг!»
Через забор перелетела банка с краской. Макс презрительно обернулся. Даша — вот его единственная цель в этом городке. И завтра утром самолет унесет их в Москву. А там уж Макс постарается, чтобы она стала его. И пусть полыхает огнем весь снесенный старый фонд. Ему плевать на это с самой высокой колокольни.
Шесть часов утра. Из окна кухни мне видно, как возле нашего подъезда останавливается служебная машина из «АЛЬКОВА» — черная «Тойота». Кто придумал устраивать рейсы так рано? Я сонно хлопаю едва накрашенными ресницами и поправляю строгую юбку. Прогноз погоды накануне выдал похолодание.
