Вьюга

Здесь есть люди, которым требуется немедленная помощь? Которым очень плохо?

Йенс мгновенно показал на молодого, худого подростка, который находился в одном из углов.

– У него болит нога, – быстро произнес он. – Эти дьяволы говорят, что он скоро умрет.

Никто не сомневался, кого он имел в виду.

– Можно нам осмотреть его?

Они подошли к подростку, который полулежал, опираясь на стену.

Он в ужасе уставился на них. Виллему наклонилась и погладила его покрывшиеся пушком щеки. Подросток зарыдал так, что у них от жалости разрывалось сердце.

– Постой, постой, – пробормотал Эльдар, обращаясь к ней. – Не надо сейчас переживаний.

Когда они осматривали ногу подростка, плач перешел в удивленное всхлипывание. Он, как и другие мужчины, был неописуемо грязен. Женщины выглядели несколько лучше, ведь они работали на кухне.

Виллему пыталась перебороть обморочное состояние, которое буквально душило ее. Она насчитала восемь… десять человек в этом очень тесном помещении.

– Вся изодрана кандалами, – воскликнул Эльдар. – О-о! Черт их побери!

Нога подростка распухла так, что напоминала сейчас огромное полено.

– Ничего не попишешь, придется разрезать, – произнес он тихо.

– Нет! – горячо возразила Виллему.

Эльдар пожал плечами и вытащил нож.

Виллему почувствовала, как чья-то рука непривычно и жестоко гладит ее волосы. Она подняла взгляд вверх. Это была женщина с головой, повернутой в бок, как у цыпленка. Ее беззубый рот осклабился в улыбке, когда она с удивлением смотрела на Виллему, ответившей женщине судорожной улыбкой.

Один из мужчин тоже попытался дотронуться до ее золотисто-красных кудрей, но женщина ревниво оттолкнула его.

Остальные, находившиеся в этом помещении, не приближались к ней, и Виллему была весьма благодарна им за это, хотя сердце ее было полно сострадания. Все время она слышала приглушенный безнадежный плач, раздававшийся отовсюду. Это разрывало душу.

– Держи его, – сказал Эльдар. – Если у тебя хватит смелости.

Пока она держала подростка, Эльдар быстро сделал надрез. Громкий крик подростка перешел в детский подавленный плач, когда из раны сначала полился гной, а потом кровь. Виллему сняла с себя косынку и вытерла, очистила рану на ноге и перевязала ее. Плач постепенно замер. Подросток смотрел теперь на них разинув от удивления рот.

– Неплохо, – пробормотал Эльдар. В его голосе слышалось уважение. Это отозвалось в ней таким теплом, что она снова почувствовала головокружение.

Затем Эльдар опустил вниз штанину на ноге подростка, и ее косынка оказалась надежно спрятанной. Теперь ее совсем не видно, и работники едва ли смогут доказать, что она принадлежит Виллему, если даже и обнаружат ее. Нужно быть очень осторожной.

– Мне кажется, что ты напрасно стараешься. Они грязны, как свиньи.