6
0Дочь хозяев поместья. Белая ворона в семье.
Виллему наморщила брови.
– Я слышала кое-что о Кристине. Ты давно лежишь здесь?
– Что? Но почему? – спросила Виллему и села на край кровати.
Она поняла, что ветер дул в направлении ее комнаты, поэтому она и смогла услышать стоны. В противном случае она вообще ничего бы не услышала.
Кристина лежала с закрытыми глазами. Слезы стекали по лицу.
– Я совершила неслыханное преступление, влюбилась в юного хуторянина. Мы хотели пожениться. Мои родители, сестры и братья… все были возмущены. Он, мой друг… погиб, как говорят, от несчастного случая. Я знаю слишком много. И меня заперли здесь.
Виллему была глубоко потрясена.
– Нет, мы… нарушили и другой запрет.
Несколько месяцев тому назад Виллему было бы трудно понять, что означают эти слова. Сейчас она уже знала.
– Я понимаю. Вы ждали ребенка?
– Да. Он родился здесь, вовремя. Они забрали его, и никогда больше я его не видела. Моя сестра сказала, что он родился мертвым. Но это неправда. Я слышала его голос.
– В поместье нет ни одного ребенка, – сочувственно сказала Виллему.
– Нет, – сказала девушка. – Они убили его. Иного от них и не следует ожидать.
В комнате воцарилась тишина. Судьба этой женщины вызвала такую сильную боль в сердце Виллему, что ей казалось оно разорвется от скорби. Ведь и она испытывала такое же чувство к сыну хуторянина. Но этого она не могла рассказать девушке, не раскрывая своего происхождения.
Виллему, эта легкомысленная, беспечная, мало сентиментальная девица, протянула руки и погладила щеку женщины.
Слезы снова полились на подушку.
– Благодарю тебя, благодарю, – прошептала несчастная. – Первый раз за два года я почувствовала дружеское отношение!
Виллему потрогала ремни.
– Сейчас я не могу помочь тебе, не подвергая опасности себя и многих других. Но, если ты не расскажешь никому о том, что я приходила, я могу обещать тебе свободу до наступления весны.
– Свободу? Мне? Как ты можешь знать это?
– Не спрашивай! Обещай держаться! Помощь придет.
Кристина кивнула в знак согласия.
– Я не смогу больше приходить к тебе, – сказала Виллему. – Это опасно для нас обеих. Но я расскажу о тебе нужным людям. Скоро ты будешь свободной.
Рука Кристины повисшая на ремне, вцепилась словно клешня в руку Виллему.
– Я ничего не скажу. Обещаю!
– Обещай мне еще одну вещь, – произнесла Виллему с грустной улыбкой. – Обещай быть разумной!
– Это нелегко, но я постараюсь!
– Прекрасно. Кто о тебе заботится?
Лицо несчастной передернула гримаса.
– Одна из этих сварливых баб.
– А, понимаю. А что говорит твоя мать?
– Я не видела родителей с тех пор, как меня заперли здесь.
Виллему кивнула. Она не хотела раскрывать своих мыслей.
– Итак, до свидания, Кристина.
