6
0Все бросили работу и побежали в конюшню, которая все еще стояла без стены и крыши с одной стороны. Поэтому люди столпились в одном углу. Бежать через двор в дом было невозможно. Никому не хотелось промокнуть до нитки.
Туча была одна, это видели все. Поэтому решили переждать, пока она не пройдет.
Одинокая и несчастная Виллему стояла, прислонившись к стене. Раньше она не влюблялась и была не готова к той боли, которую причиняет несчастная любовь. Она хочет многое дать другому человеку, а он к ней поворачивается спиной. Быть отвергнутой, неоцененной…
В этот момент она почувствовала, что за ней наблюдают. Эльдар стоял у другой стены, время от времени посматривал на нее, быстро отворачиваясь в сторону, как только она улавливала его взгляд.
Виллему вытерла глаза.
– Дождь попал в лицо, – улыбнулась она смущенно.
Он снова взглянул на нее и сразу равнодушно отвел глаза. Но тут же снял куртку, отдал ее мужчине, стоявшему между ними, и резко произнес:
– Перебрось Ее милости! Она не выносит ни капли дождя!
Мужчина прикрыл курткой ее голову, чтобы на нее не летели брызги от стены. Эльдар же, повернувшись к ней спиной, стал разговаривать с другими мужчинами.
Виллему стояла, онемев, затаив дыхание от счастья. Она вдыхала запах его серой сермяжной куртки. Он был терпким, густым, но не противным. Незнакомым. Вот как пахнут мужчины.
Когда дождь перестал, она сняла с себя куртку и отдала обратно. Ему в руки.
– Большое спасибо за любезность! Она мне очень помогла, – прошептала она двусмысленно.
– Что? А, куртка. А я уже забыл о ней.
Может ли голос звучать так равнодушно? Виллему этому не верила.
Остаток дня она провела, как пьяная. Никогда дни не были такими потрясающими, как те, когда ремонтировали конюшню в Липовой аллее. Вскоре ей пришлось вернуться домой, но будет еще один день: дождь задержал их, они не справятся, даже если будут работать изо всех сил вплоть до позднего вечера.
В общем-то у Эльдара не было времени поговорить с ней, и весьма сомнительно, что ему хотелось этого. Но взгляд его время от времени падал на нее. Она видела это достаточно хорошо и радовалась. Она была так переполнена ликующим счастьем, что онемела. Только бродила вокруг в восхищении!
Приехал Калеб и забрал свою дочь. Ему показалось, что ее интерес к строительству конюшни стал слишком бросаться в глаза.
Обычно благородные девицы не принимали участия в таких делах, фу, конечно, нет! Но Виллему всегда была самостоятельной, девушка-мальчик, делавшая все так, как ей хотелось. Калеб и Габриэлла позволили ей это, но все же не спускали с нее глаз. Бабушка Лив перед смертью имела с ними серьезный разговор.
«Будьте осторожны с Виллему, – говорила она. – Она подобно Суль, моим родителям всегда было трудно сдерживать эту девушку.
