Ультиматум крупного калибра

Похоже, парализованные страхом связисты все же поняли, чего добивается от них этот непонятно откуда взявшийся страшный и беспощадный человек. Они друг за другом на четвереньках поползли к выходу. Кажется, оружия ни у кого из них больше не было – за этим Дубко следил особенно внимательно.

– Быстрей! – нарочито страшным голосом прокричал Дубко и для острастки передернул затвор автомата. Связисты поползли энергичнее. Последним, опираясь на здоровую руку, за дверь выполз раненый. Он громко стонал и вперемешку со стонами злобно ворчал на Дубко. Вслед за ним тянулся тонкий кровавый след.

– Вот так! – сам себе сказал Дубко, подходя к двери и внимательно ее осматривая.

Дверь была сварена из толстых листов металла. На двери имелся металлический засов. Для чего он был, непонятно, потому что вряд ли связисты запирались во время дежурства, в этом не было никакой необходимости. Да так оно и было, потому что засов был сильно ржавым и уже буквально прирос к двери.

Дубко дернул его один раз, дернул другой и третий – засов не желал поддаваться. Это было плохо, это было очень плохо, потому что с минуты на минуту в помещение могли ворваться солдаты. Сжав зубы, Дубко самозабвенно ударил по засову ногой – раз, другой, третий… После пятого удара засов со скрежетом сдвинулся с места, после восьмого удара он нехотя влез в специально предназначенную для него скобу. Теперь дверь была запертой, и чтобы ее отворить, понадобилось бы немало времени и усилий.

– Вот так, – повторил Дубко.

Быстрым шагом он подошел к столу, на котором громоздилась аппаратура, и стал выдергивать провода, крушить панели, швырять на пол то, что можно было разбить. Через пять минут в помещении не осталось ни одного целого прибора.

– Вот так, – в третий раз произнес Дубко.

Затем он вынул радиопередатчик, щелкнул тумблером и произнес:

– Первый, я Второй! Первый, я Второй!

– Второй, я Первый, – тотчас же прозвучал голос в ответ.

– Свадьба состоялась, гости пьяные, все отправились на прогулку, – сказал Дубко. – Свадебный стол ломится от объедков.

– Наши именины тоже удались на славу, – отозвалась рация. – Скотина заперта в хлеву. Ждем гостей.

– То же самое, – сказал Дубко.

– Желаем приятно провести время, – съехидничала рация.

– И вам того же, – хмыкнул в ответ Дубко.

На том сеанс связи с Богдановым и Рябовым завершился.

Самая простая задача была у Павленко и Муромцева. Они должны были занять точку оповещения на аэродроме, с которой, в случае надобности, можно было вступить в переговоры с американцами. По сути, это был громкоговоритель, главным назначением которого было – оповещать личный состав аэродрома в каких-либо непредвиденных или срочных ситуациях. А потому никакой особой охраны там быть не должно.