1
0– Так вот, о главном вопросе, – наклонился Еремин ближе к Клаусу. – Скажите, у вас имеются ходы-выходы в восточногерманском правительстве? Например, свои люди или что-то в этом роде… Понимаете, очень хотелось бы знать все передвижения Вальтера Ульбрихта. Куда он собирается идти или ехать, с кем встречаться…
– У нас – нет, – сказал Клаус, помолчал и добавил: – Но мы знаем некоторых людей, которые обладают такой информацией. Если нам удастся их найти и разговорить, то…
– Как много вам на это понадобится времени? – спросил Еремин.
– Трудно сказать, – пожал плечами Клаус. – Два или три часа… Может – больше. Понимаете, здесь имеются определенные трудности…
– Мы-то понимаем, – согласился Еремин. – Да вот только обстоятельства складываются так, что времени у нас почти нет. Поэтому хочется, чтобы все двигалось как можно быстрей.
– Что именно должно двигаться быстрей? – уточнил Клаус.
– Все! – исчерпывающе ответил Еремин.
– Сделаем так, – сказал Клаус. – Через три минуты мы будем на месте. Там нас должны уже ждать четыре молодца – как вы изволили выразиться. Вы останетесь с ними, а я и Моника на какое-то время отлучимся. Потом мы вернемся и доложим вам все, что удастся узнать о передвижениях товарища Ульбрихта. Кстати, мы уже приехали.
Машина остановилась у здания, огороженного глухим каменным забором. В заборе была видна узенькая калитка.
Моника вышла из машины, подошла к калитке и дернула за веревочку, свисавшую откуда-то сверху. И Еремин, и Терко про себя отметили, что дернула Моника за веревочку четыре раза – не больше и не меньше. Вероятно, такая была договоренность с обитателями особняка – кем бы они ни были. За забором раздались четыре приглушенных звука, похожих на отрывистый звон колокольчика. Вскоре калитка отворилась, и в ней показался молодой крепкий парень в обычной цивильной одежде. Моника что-то коротко ему сказала, и парень приглашающе махнул рукой.
– Прошу, – Клаус посмотрел на Еремина и Терко. – Нас ждут.
Они вошли в калитку и оказались во дворе. Это был типичный немецкий дворик, чистый и ухоженный, с клумбой, на которой росли розовые и голубые цветы, и небольшой скамеечкой под аккуратно подстриженным деревом.
– Вроде пока все нормально, – сквозь зубы проговорил Терко. – Моя чуткая душа безмолвствует. А как твоя интуиция?
– Ты думаешь, что здесь может быть какой-то подвох? – также вполголоса поинтересовался Еремин.
– Черт их знает… Пока вроде все так, как нам говорили на той стороне. И синяя машина, и пароль с отзывом, и все такое… Но ты же знаешь… – с сомнением произнес Терко.
– Знаю, – вздохнул Еремин.
– Вот и не теряй бдительности.
– Это ты мне говоришь? – с иронией спросил Еремин.
– А то кому же, – с такой же иронией ответил Терко. – Не себе же.
