Ультиматум крупного калибра

Хотя, по понятным причинам, спецназовцы не собирались нападать на американских солдат. Уложить, конечно, они бы их уложили единым махом, да и тела нашли бы куда припрятать, но – зачем? А вдруг их стали бы искать и, не найдя, объявили бы тревогу по всему аэродрому? Разумеется, это помешало бы бойцам выполнить задание. Нет, тревога, конечно, будет объявлена, без этого, пожалуй, не обойтись никак, но это, по расчетам наших, должно случиться потом, чуть позднее, когда они выполнят основную часть задания. А до этого им нужно вести себя как можно тише и незаметнее – в том числе постараться не связываться с этими так некстати подвернувшимися солдатами.

Американцы, между тем, подошли к спецназовцам совсем близко и остановились. Какое-то время они молча наблюдали за их работой, а наши, не прекращая работы, – за ними. Наконец один из солдат сказал, обращаясь к Богданову:

– Отдохнул бы, парень. Кирпичи не убегут. Если ты заметил, у них нет ног.

Остальные пятеро громко засмеялись, довольные такой незамысловатой шуткой своего приятеля. Богданов ничего не сказал в ответ и не прекратил работы, лишь мрачно усмехнулся в ответ.

– А что это ты такой серьезный? – не унимался американский солдат. – А, понимаю! Видать, ты давно не был в увольнении! Тут, конечно, загрустишь. Кирпичи – это тебе не выпивка и не девочки! С ними – никакого удовольствия!

Солдаты опять громко захохотали.

– Оставь его, приятель, – сказал Муромцев, обращаясь к веселому солдату. – Не до девочек нам сегодня. Видишь, выполняем срочное задание?

– Это кирпичи – срочное задание? – недоуменно пожал плечами солдат. – Да они тут валяются уже полгода!

– А ты расскажи об этом начальству! – усмехнулся Муромцев, стараясь, чтобы его улыбка выглядела как можно естественнее и беззаботнее.

– Это – да, – согласился солдат. – Спорить с начальством – себе дороже… А что это ты такой бледный и замученный? А говоришь, что давно не был в увольнении! Хотя, может, и не был, не спорю. Скажу тебе по секрету – тут неподалеку есть один очень милый пролом в стене! Ты понимаешь, на что я намекаю? Хотя думаю, ты и без меня протоптал к нему дорожку. А? Кстати, эти кирпичи – чтобы ликвидировать этот пролом. Уже полгода собираются его заделывать… Так что вы, парни, не слишком усердствуйте. Пусть он еще побудет – для нашего же общего удовольствия! Ну, так отчего ты такой измученный? Расскажи. Своему брату солдату будешь говорить, не кому-нибудь.

– Приболел я немного, – сказал Муромцев.

– Ну, так и повалялся бы в казарме денек-другой! – пожал плечами солдат. – Или не знаешь, как это делается? А кирпичи бы подождали.

– Хорошо, – с улыбкой произнес Муромцев. – Вечером я лейтенанту так и скажу. Думаю, такие слова ему понравятся.

Солдаты опять дружно загоготали и пошли дальше.