10
0– Ты мне еще этот… ну, что вы там ведете обычно… календарик предоставь. Чтобы я вообще все про тебя знал.
– Идиот. – Обалдела я от такой наглости. А ожидала-то поддержки!
– Бурундук, перестань нервничать.
– Не называй меня так.
Зубы головастиков начали щелкать друг о друга с железным лязгом.
– Бурундук. – Улыбнулся мне Дима, и я сощурилась. – Всеобщий лесной любимчик, послушай. Ольга – симпатичная девушка, если бы ей надо было, она Смерча и так захомутала. И без того, чтобы притворятся тобой. Она просто сменила имидж, ей это идет даже, а ты бесишься.
– Если ты еще раз так скажешь, я тебя ударю.
– Охотно верю, Бурундук, – на миг мне показалось, что Димка вдруг решил вызвать весь мой гнев на себя, и это меня распалило еще больше. Защищает Князеву? Ну и прекрасно.
– Чаща, ты нарываешься! – Заорала я, напугав сокурсников, мигом с интересом на нас уставившихся.
– Нет, говорю праву. У тебя паранойя. Боишься, как бы кто Смерча не увел, вот и бесишься. Успокойся уже. – Отведя взгляд, сказал мне друг.
Друг? Хорош у меня друг!
– Я тебя, правда, ударю.
– Попробуй. – Равнодушно сообщил Дима мне.
Я молча ударила его по лицу, вроде бы не кулаком, а ладонью. Метила, кажется, по губам, а попала ребром ладони по носу, и у Димки отчего-то тут же носом пошла кровь.
Я остолбенела. Он, похоже, тоже удивился и, медленно проведя указательным и средним пальцами под носом, поднес руку к глазам, словно не веря, что на его загорелой коже появились алые разводы.
– Ни фига, ты даешь, Бурундукова, – только и вымолвил он, зажимая нос. – Ну в тебе и силы.
– Дима… – Большими глазами уставилась я на парня.
Огонь злости мгновенно потух, головастики тоже моментом уменьшились до нормальных размеров, потеряли где-то свои клыки, раскаивающиеся посерели и дружно стали писать извинительные записки.
Молодой человек запрокинул голову вверх.
– Дима, прости, я не хотела. – Я тут же полезла в сумку за влажными салфетками. – Дима, ты в порядке? Вот, возьми. Дима… Тебе больно?"
"– Ты так говоришь, будто бы меня переехала тачкой, а теперь не знаешь, в реанимацию меня везти или в морг, – заметил он спокойно приглушенным голосом. Ребята из подгруппы подошли к нам и, с опаской глядя то на меня, то на парня, зажимающего нос, то на салфетку с красными пятнами, поинтересовались, что случилось.
– Фигня какая-то. Кровь носом идет. Нервы по ходу, сдают. Из-за экзаменов.
– Англичанка нервы последние вытянет, – согласно кивнули ему.
– Димыч, с тобой точно все в порядке? Может, тебе домой, а не на экзамен? – Спросил один из парней.
– Да нормально все. Уже проходит. Не, реально все о'кей. Не смотрите на меня, как на инвалида.
