Подаренная чёрному дракону

Подхватив меня на руки, супруг обернулся. В моих глазах потемнело. На меня смотрели войны дракона. Суровые взгляды скользили по моим рукам. Их словно притягивал божественный рисунок.

- Ваша леди, - прорычал Дьярви. - Склонитесь!

Они, не сговариваясь, опустились на одно колено. Всё это было так непривычно.

- Вегарт, отправляйся в замок, проверь, готово ли у них всё.

- Брек, - обернувшись, я заметила, что воин вернул повязку на глаз и уже одевался, -выставь охрану во двор.

- Волкам не доверяешь?

- Я доверяю только членам своей семьи, друг. Юнора и его свору в дозор на стены.

Ну а ты, моя Розочка, - он, наконец, взглянул на меня, - что хочешь получить в дар?

Я замерла и тихо выдохнула:

- Сохрани жизнь Густову Орону, не спеши их казнить. Хотя бы на время.

- Нет, - его рык напугал, - ты не можешь сейчас думать о нём. Это был его зверь, я видела, как в глазах лорда Дьярви разгорается неистовое голубое пламя. - Ты должна думать только обо мне, Розанна.

Мы приближались к опущенному мосту. За нами внимательно следили столпившиеся слуги и жители прилегающих к замку деревень. Столько страха было на их лицах. А ещё некая озабоченность.

Они шептались, показывая пальцами на тихо плачущую девушку на моих руках. Мне были неприятны её редкие сдерживаемые слёзы.

Опустив голову, она наивно полагала, что я не понимаю её состояние.

Стиснув челюсть, сдерживал рвущуюся наружу ярость зверя. Он неистовствовал.

И я разделял его гнев.

Моя розочка, моё совершенство, вместо того чтобы счастливо улыбаться своему супругу, оплакивала того, кто похитил её из постели. Того, чьи люди спалили храм и наверняка ещё с вечера убили жрица. Тело явно провисело там ни час и ни два до начала пожара.

А она защищала его.

И это яростной тьмой окутывало моё сердце.

Странное чувство. Никогда ещё я не испытывал такую лютую злость.

Я вспомнил, как она кричала в сумерках в лесу, как звала на помощь.

Такая слабая, измученная, напуганная.

Её утащили из собственной спальни, гнали в лес как какую-то бестолковую скотину, а она смеет молить меня о пощаде.

Нет, я не готов был пойти ей на уступки. Я никогда не смилуюсь над ним. Любой мужчина, что занимает её мысли, будет уничтожен.

Любой! Соперника я в живых не оставлю!

- Дьярви, друг мой, если ты и дальше будешь прожигать всех таким взглядом - народ разбежится и непросто по домам, а в соседние земли, - тихий шёпот Брека отвлёк меня от собственных мыслей.

- Тебе лучше сейчас помолчать, - сдерживая эмоции, прошипел я.

- Конечно, и всё же больше радости и милости на лице.

Повернув голову в сторону друга, я улыбнулся ему, как он того и просил.

- Лучше, брат, и дальше иди мрачным как туча, это как-то менее пугающе, - раздался за моей спиной голос Вегарта.

Поджав губы, я ещё раз осмотрел собравшийся здесь люд. Оборванцы.