Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы

Даже появление Оюн их не пробудило, а офицеров не сильно удивило подобное поведение курсантов при исполнении.

- Выводите транспорт на орбиту, командор, и ложитесь на курс. Мне же необходимо все обдумать.

Странности продолжались. Ситуация никого, кроме меня, не удивляла, словно ничего необычного не происходило. Обычный полет, безмятежный сон участников этого полета. Курсантов никто не будил, мужчины что-то тихо обсуждали, Оюн откинулась в кресле и прикрыла глаза.

Я тоже последовала ее примеру. Но стоило мне поудобнее устроиться, как сон сморил, потому что, каков бы ни был резерв бодрости у человека, он все равно рано или поздно заканчивается.

Разбудил очень бережный и осторожный поцелуй. Амакир сидел рядом с креслом на корточках и с улыбкой изучал мое лицо. Я по-прежнему находилась в истребителе, но приборы уже выключили, и ощущение полета отсутствовало. А еще мы были одни.

- А где ребята? – спросила я, усилием воли подавив зевок. Очень хотелось в душ и нормальной горячей еды.

- Они больше не нужны Богине, поэтому отправились по своим блокам, - ответил командор.

- Повел Великую в оранжерею.

Ну что ж, предсказуемо. Древнее существо всегда поступало оправданно, целесообразно и закономерно. Непонятно только, как будет поступать влюбленное древнее существо. У всех от этого крышу сносит, вот только Оюн любым взмахом руки дел натворить может.

И, хоть от меня зависело мало, но я решила не выпускать божественную Власову из вида. Значит, душ и еда откладывались.

- В столовую? – предложил Амакир.

Насколько же Эли меня чувствует! Внутри разлилось благодарное тепло, но…

- В оранжерею! – ответила я, ощущая себя няней непоседливого сорванца.

Знакомые до мелочей, потайных ходов и скрытых панелей коридоры, световые лифты, залы… Как-то незаметно академия стала для меня домом. Землю я вспоминала нечасто.

Никогда не понимала, зачем станции, у которой такое мощное обеспечение с аграрных планет, настолько большая оранжерея. И ладно если только она, но к ней прилагались тепличный комплекс и экспериментальные делянки. Круглые, овальные и яйцеобразные камни лежали в самом большом зале, среди рощиц с редкими плодами дальних планет и банальными цитрусовыми. Лимончики там, апельсинчики. Сколько часов провела я здесь на травке, привалившись спиной к камню, и понятия не имела, что в нем таится.

Богиня весело о чем-то беседовала с Тарголом, и… ректор улыбался. Никогда не видела, как разглаживаются суровые морщинки у него на лбу. Впрочем, говорила с ним не Оюн, а Владка. Зеленые глаза сияли, но не божественным светом, а незамутненным счастьем обычной земной девушки.

Однако, стоило им засиять иначе, а голосу измениться, адмирал вновь стал сосредоточенным и серьезным.