Мой бывший враг (СИ)

– Что с тобой случилось? – обеспокоенно спросил он.

Ты со мной случился, подумала я. Вслух, конечно же, этого не сказала.

– Подхватила какой-то вирус, – пожала я плечами.

– А что врачи говорят?

– Жить буду. Дима, ты видишь, да? Вернулось зрение?

Он вдруг улыбнулся и кивнул. А у меня от его улыбки еще больнее защемило в груди.

– Но когда? Как? – я тоже силилась ему улыбнуться. И вообще дала себе установку говорить о чем угодно, только не о нас. Ни в коем случае не выяснять отношения – иначе я просто сорвусь.

– Да как-то не знаю, само по себе, в тот день, когда мы… – он осекся, еле уловимо помрачнел.

И я в его глазах разглядела вину. – Когда мы в последний раз виделись. Потом ночью всё и случилось…

Одно лишь упоминание – и снова будто игла вошла в сердце. Нет, не думать о нашей последней встрече, велела я себе. И скорее задала новый вопрос, чтобы не увязнуть в горьких воспоминаниях.

– И как? Видишь так же, как раньше?

– Сейчас уже да. Привык к свету. Сначала не очень было…

– Всё равно это так здорово. Просто чудо какое-то. Я, правда, очень за тебя рада.

Между нами повисла пауза, и чувство неловкости обострилось. И это тоже казалось нелепым, ведь ещё каких-то две недели назад ближе друг друга у нас никого не было, а теперь нам трудно даже просто разговаривать.

– А тебе спасибо, что навестил, – наконец нарушила я невыносимо затянувшееся молчание. – Я пойду в палату.

Я отдала ему куртку, повернулась к двери и тут уловила за спиной движение, а затем ощутила его пальцы на своем запястье.

– Тань, подожди, – он мягко, но настойчиво развернул меня к себе. И сразу оказался так близко, что у меня ноги ослабели. – Прости меня.

Я хотела сказать: «Не за что мне тебя прощать.

Ты же не виноват, что разлюбил…», но горло перехватило. А Дима вдруг сказал:

– Я скучаю по тебе. Больше всего на свете я хотел увидеть тебя…

Дыхание у меня задрожало. Черт, только бы не расплакаться! Зачем он это всё говорит? Зачем мучает меня?

– Ты сказал, что не любишь меня, – с трудом выдавила я.

Не отрывая взгляда, он качнул головой.

– Это не так. Прости, что заставил так думать. Я просто не мог по-другому. Я думал, что уже больше не смогу видеть. А зачем тебе такой… калека? Я просто хотел освободить тебя… от обузы.

Всё-таки он пробил меня, как я ни старалась сдержаться.

Глаза заволокло слезами, губы задрожали.

– Освободить? От обузы? Да какую чушь ты говоришь? Себя послушай! – выпалила я чуть ли не в истерике. – Я любила тебя! Как может быть любимый человек обузой? А если бы я ослепла, то ты бы меня тоже считал обузой? Считал бы, что я тебе мешаю жить?

– Нет, конечно же, нет!

– Тогда почему ты за меня так решил? Мне в радость было просто с тобой рядом находиться. Но ты всё решил по-своему, и за себя, и за меня.

– Я просто хотел, чтобы ты была счастлива.