0
0Дим, ну ты же сам говорил, что мы должны доверять друг другу.
Он на несколько секунд сомкнул веки, потом тяжело выдохнул и открыл глаза. Я видела, что его все еще не отпустило, но он пытается перебороть себя, что ли.
– Ты права, – кивнул он. – Права. Я тебе, конечно, верю.
Димка протянул ко мне через стол руку, а я к нему – свою. Наши пальцы переплелись.
– Я тебе никогда не изменю. Я – верная, – сообщила я.
Он на мои слова улыбнулся. А у меня отлегло от сердца.
В тот момент я наивно думала, что гроза миновала...
– Хочешь, приходи к нам в гости, – позвала я Филю к себе на день рождения.
Мы шли вдвоем из универа, и выглядела она глубоко несчастной. Филя, которая всю жизнь, что я её знаю, презрительно фыркала, глядя на «влюбленных дур», а смазливых пацанов вообще за мужчин не считала, тут вдруг влюбилась. Причем в самого что ни на есть смазливого.
Сам же Шаламов её откровенно динамил. В смысле – не звонил, не писал, никуда не звал больше. Притом это не было обычное «динамо», когда парень получит своё и дает заднюю. Избегает всячески, а при встрече неловко прячет глаза. Я такое сто раз наблюдала.
При встрече он солнечно улыбался Верке, иной раз подмигивал, мог даже подойти сам, запросто перекинуться парой фраз. Типа: «Как дела, Вер? Выглядишь – супер. Ну, ладно, бывай». И всё. То ли он просто феерически бессовестный нахал, то ли что… не знаю. Откуда такая незамутненная простота? Поматросил девушку, и даже не стесняется.
Верку мне было искренне жалко. А на него я смотрела волком. На его «привет» даже не отвечала.
Хотя выглядела Верка теперь и правда супер. Будто из салонов не выходила. И одеваться стала по моде.
Мы с ней как-то возвращались так же после пар и встретили случайно Шлапакова. Так он её попросту не узнал. Это была, конечно, хохма, когда он, подбоченясь, полез с ней знакомиться. И надо было видеть, как вытянулась у него физиономия, когда Верка его отбрила: «С дуба рухнул, Шлапаков?». Потом мы, конечно, вволю нахохотались все втроем. А сейчас Верка шла как в воду опущенная.
– Ну, что, придешь? Димка рад будет. Он же сто лет никого не видел… ну, в смысле не встречал, ни с кем не общался.
На самом деле, мы с Димой не хотели никого звать. Собирались просто посидеть вдвоём.
Но Филя так убивалась, что смотреть на неё было больно. Хотелось её чем-то отвлечь. Да и Дима, я уверена, поймет и против не будет.
Однако она покачала головой:
– Нет, прости. Я тебя так поздравлю, конечно. Но мне сейчас не до праздников. Я чувствую себя какой-то дурой. Потому что вообще его не понимаю! То он мне звонил, куда-то водил все время, то в кино, то в ресторан, то в театр.
