Личный аптекарь императора

— Просто чувствую, — еле слышно ответила она, захлопнула фотоальбом и решительно поднялась с дивана. — Пора завтракать, а потом мне надо готовиться. Григорий Афанасьевич велел к обеду накрыть на стол. Сказал, что ты с кем-то будешь встречаться.

— Да. Есть у меня одно предложение для наших вассалов, — кивнул я.

— Бывших вассалов, — поправила она. — Теперь мы даже себе не можем помочь, не то что другим.

— Всё изменится, поверь мне.

Лида провела рукой по моим волосам, печально улыбнулась и поспешила на кухню, а я взял фотоальбом и быстро пролистал его.

Судя по фотографиям, родители Шурика были счастливы, успешны и очень богаты: роскошные дома, украшения, автомобили, путешествия, приёмы, награждения. Теперь же всё иначе. Совсем иначе.

* * *Геннадий Борисович Сорокин вышел из такси и, тяжело вздохнув, принялся подниматься по лестнице Главного управления имперского здравоохранения. Патриарх рода Сорокиных занимал в нем одну из высоких должностей и согласился принять внучатого племянника в своём кабинете.

Когда-то давно патриарх поставил Геннадия руководить лечебницей в небольшом городке под названием Торжок по просьбе своего старшего брата.

Должность была не самая прибыльная и престижная, но это всё, что он мог доверить своему ленивому и глупому родственнику.

Охрана за дверью проверила Сорокина на наличие оружия, и двое бойцов проводили его к кабинету на втором этаже.

Обмакнув платком пот со лба, мужчина глубоко вздохнул и постучал в дверь.

— Войдите! — услышал приглушённый голос, медленно открыл дверь и зашёл в кабинет.

Он оказался в роскошно обставленном помещении с высокими потолками, арочными окнами, лепниной на потолке и стенах, а также различными антикварными вещами.

У окна в кресле с высокой спинкой сидел пожилой худощавый мужчина в сером костюме и с атласным красным платком на шее. Он держал в руке кофейную чашку, оттопырив мизинец.

— Приветствую вас, Ваше Сиятельство, — сказал Геннадий и низко поклонился старику.

Тот поставил чашечку на столик, улыбнулся и проскрипел:

— Здравствуй, Гена. Будешь кофею?

Сорокин редко бывал в столице и всего пару раз встречался с патриархом, поэтому на мгновение замешкался.

С одной стороны, ему хотелось пить. Но, с другой, он уже жалел, что пришёл сюда и очень хотел убраться подальше.

— Ну так что? — холодно спросил старик.

От прежнего благодушия не осталось и следа, поэтому Геннадий оттянул галстук и энергично замотал головой.

— Ваше Сиятельство, спасибо за предложение, но я не хочу перебивать аппетит перед обедом.

— Как хочешь, — пожал он плечами и указал на кресло, стоящее напротив. — Садись и рассказывай.