Избранное

И тот, с непонятным знаком, тоже… А жаль, кстати, так вот кинул бы под ноги врагам да и развеялся с вонючим дымом, хохоча при этом зловеще!

С другой стороны, теперь они не попадут в чужие руки, что уже хорошо. Лишь бы Ясенец не сунул в мешочек свой длинный нос, с него станется!

Я так глубоко задумался, что даже не заметил – Эсси давно уже обнимает меня за шею и плачет. Привидение и так-то сложно заметить, если на то пошло…

Я приподнял брови, мол, что такое? Она помотала головой, погладила меня по щеке, она часто так делала… Только теперь она вдруг быстро проговорила:

– Ничего не спрашивай, а то я не решусь!

А после этого прикрыла глаза, явно собираясь с силами – она даже стала ярче, чем обычно, – напряглась и…

И поцеловала меня.

Клянусь, я это почувствовал.

С заткнутым ртом целоваться крайне затруднительно, но кое-как все-таки получилось, и все бы хорошо, но Эсси сделалась совсем бледной от усилия, а командир отряда встрепенулся и глянул на свой амулет.

– Кажется, добыча ценнее, чем кажется… – протянул он. – Живее! Что вы тащитесь, как улитки?!

Отряд перешел на рысь, а я поискал взглядом Эсси. Она была рядом, сидела за моей спиной, и, поверьте, я чувствовал, как за мой пояс держатся невидимые девичьи руки.

«Жаль, что мы оба уже мертвы, – думал я. – Хотя если бы мы не умерли, так и не встретились бы… Где я, наемник, и где княжна! Хотя кто его знает…»

На секунду я дал волю воображению. Вот я по какой-то надобности забрел в княжеский сад, может, служаночку ждал на свидание, а может, послание кому передавал, и вдруг – Эсси, в легком платьице, юная, воздушная, веселая. И я – здоровенный мрачного вида мужик, небритый, некрасивый, что уж греха таить, особенно по тамошним меркам, не очень-то хорошо одетый…

«Хорошо, что мы не встретились тогда, – решил я.

 – Не то бы Эсси убежала от меня впереди собственного визга».

Эсси все гладила и гладила меня по щеке, я чувствовал невесомые прикосновения, но не мог ей ничего сказать, только склонял голову и тогда ощущал мимолетный поцелуй.

– Север, пообещай мне… – произнесла вдруг она. – Пожалуйста… ты кивни, если слышишь…

Я едва заметно наклонил голову.

– Пообещай, что ты никогда меня не забудешь, что бы ни случилось. Я… – Эсси пропала на несколько мгновений, потом вернулась и выпалила: – Я ничего другого не прошу, но я не могу без тебя, понимаешь? Не потому, что ты носишь с собою мои кости, просто… ну не могу, Север, и все тут! А если с тобой что-то сделают, я… Я даже отомстить толком не сумею, сил не хватит!

«Очень удобно признаваться в таком мужчине, когда он надежно связан, а рот у него заткнут», – философски подумал я.

– Обещаешь? – требовательно переспросила Эсси, а я снова кивнул. Она могла бы и не спрашивать.

Если бы я мог говорить, то сказал бы, что люблю ее.