Гребень Маты Хари

«Фольксваген» Инны свернул на проспект Энергетиков и наконец остановился возле задней ограды Георгиевского кладбища, которое чаще называют просто Охтинским. Через несколько минут мы подъехали и остановились неподалеку.

В «Фольксвагене» уже никого не было, но, приглядевшись внимательнее, мы увидели две фигуры, удалявшиеся по кладбищенской дорожке.

– Как жаль, что мы больше не можем их слышать! – вздохнула я, выбираясь из машины.

– Ну, почему же не можем… – Алексей переглянулся с тем парнем, который ставил жучок в Инниной машине. – Технический прогресс не стоит на месте…

Парень достал из машины плоский чемоданчик, открыл его и вынул прибор, отдаленно напоминающий фен для волос с длинной насадкой, заканчивающейся раструбом.

К широкой части этого прибора он подсоединил провод с двумя наушниками.

– Что это? – спросила я.

– Узконаправленный микрофон. Очень удобная штука – позволяет услышать негромкий разговор на расстоянии до двухсот метров. Правда, только при прямой видимости, но у нас как раз такой случай, мы их видим.

Парень включил свое устройство, направил насадку с раструбом на две удаляющиеся фигуры, наушники протянул Алексею.

Тот после секундного колебания один наушник закрепил у себя на ухе, второй протянул мне.

Я поднесла его к уху и вздрогнула – мне показалось, что рядом со мной прозвучал хриплый голос Матренина:

– Ну, и куда же мы идем?

– В старую часть кладбища, – ответила Инна, тоже, казалось, совсем рядом. – Туда, где могилы девятнадцатого и даже восемнадцатого века. Я нашла то, что нам нужно, в архиве.

– И что же ты там нашла?

– Понятно, что могилу, а не газетный ларек! Какую могилу ты нашла? Чью могилу?

– А вот теперь, дорогой, мы с тобой должны поставить точки над i… самый подходящий момент…

– Когда я скажу тебе, чья это могила, у тебя может возникнуть дурацкая идея – избавиться от меня…

– Да что ты, милая! За кого ты меня принимаешь?

– За того, кто ты есть.

– Ты ошибаешься… мы же с тобой заодно… у нас договор.

– Да-да, у нас договор. Но договариваться с тобой – все равно что с гадюкой на кочке, что она тебя не ужалит. Я не рассчитываю ни на твою честность, ни на твою благодарность. Мы договорились поделить сокровище пополам, хотя я сделала всю работу.

Я сама пришла к тебе и рассказала все, что узнала от своего отца. Я помогла раздобыть ту фотографию, я нашла человека, который сумел разгадать шифр, и, наконец, я в архиве отыскала местонахождение могилы. Мне пошли навстречу, потому что я везде вхожа и везде своя.

– Так зачем же ты пришла ко мне, если и сама могла справиться с этим делом? Не смеши, своя она везде, у тебя ни денег, ни людей!

– Не будем попусту сотрясать воздух! Я тебе просто объясняю, что идея убить меня здесь – самая дурацкая.