Фаворитка императора

Я полагала, что убила вас, Франсис Кранмер, и если сам дьявол, ваш хозяин, воскресил вас, для меня вы мертвец и навсегда им останетесь!

– Я согласен, что такое положение наиболее удобно для вас, но дело заключается в том, что я живой и собираюсь им остаться.

Марианна пожала плечами и отвернулась.

– Тогда оставьте меня и постарайтесь забыть, что однажды Марианна д'Ассельна и… Франсис Кранмер были соединены узами брака. По крайней мере, если вы хотите остаться хотя бы живым, я уже не говорю: свободным.

Франсис с любопытством посмотрел на молодую женщину.

– В самом деле? По-моему, я различил угрозу в вашем голосе, дорогая. Что вы имеете в виду?

– Не представляйтесь глупей, чем вы есть на самом деле. Вы это знаете прекрасно: мы находимся во Франции, вы – англичанин, враг Империи. Мне достаточно взмахнуть рукой, сказать одно слово, и вас арестуют. И тогда заставить вас исчезнуть будет детской забавой. Вы думаете, что Император откажет мне в вашей голове, если я попрошу ее у него? Будьте же хоть раз честным игроком. Признайте свой проигрыш, удалитесь и не ищите больше встречи со мной. Вы же хорошо знаете, что не можете ничего мне сделать.

Она говорила тихо, но твердо, с большим достоинством. Она не любила хвастаться своим влиянием на властелина Европы, но в данном случае необходимо было сразу поставить все на свои места. Пусть Франсис навсегда исчезнет из ее жизни, и когда-нибудь она сможет простить его. Но вместо того, чтобы задуматься, как это следовало бы, над ее словами, лорд Кранмер принялся хохотать… и Марианна почувствовала, что ее твердая убежденность немного поколебалась. Она очень сухо спросила:

– Могу я узнать, что смешного в моих словах?

– Что… о, моя дорогая, вы просто неподражаемы! Честное слово, вы считаете себя Императрицей! Должен ли я напомнить, что это не на вас, а на несчастной эрцгерцогине женился Бони?

Ирония Франсиса вместе с оскорбительной кличкой, которой пользовались англичане, упоминая Бонапарта, пробудили гнев Марианны.

– Императрица или нет, а я докажу, что не только не боюсь вас, но и не позволю безнаказанно оскорблять меня!

Она живо наклонилась вперед, чтобы позвать Аркадиуса, который должен был находиться подле кареты. Она хотела попросить его обратиться к одному из полицейских, чьи черные фигуры в длинных сюртуках и круглых шляпах, с солидными дубинками в руках, виднелись повсюду среди парадной толпы. Но у нее даже не нашлось времени открыть рот…

Франсис схватил ее за плечо и грубо отбросил в глубь кареты.

– Сидите смирно, дурочка! Кроме того, что вы напрасно потратите время, вы же видите, что мы осаждены этой толпой. Никому не удастся ни войти, ни выйти из кареты. Даже если бы я хотел уйти, я не смог бы.