Фаворитка императора

Часом позже Гракх-Ганнибал Пьюш, в высоких сапогах, укутанный просторным дорожным плащом, которому не страшен никакой дождь, и в надвинутой до бровей круглой шляпе, галопом вылетел из ворот особняка д'Ассельна. Стоя у окна галереи второго этажа, Марианна провожала его взглядом. Только когда портье Огюстэн задвинул тяжелый засов, она покинула свой наблюдательный пост и вернулась в комнату, где еще витал запах сургуча.

Она машинально подошла к своему небольшому бюро, открыла бювар из голубого марокена и достала подписанное только одной буквой «Ф» письмо, которое она недавно туда положила. Это письмо, найденное после возвращения с улицы Шануэн, предлагало ей завтра явиться на встречу, имея при себе пятьдесят тысяч ливров. Ее подмывало сжечь его, но в камине огонь уже потух, и затем она подумала, что лучше будет показать его Жоливалю, который, несмотря на довольно поздний час, до сих пор еще не вернулся. Он должен был отыскать необходимые для выкупа деньги. Впрочем, несколько наспех написанных слов письма Франсиса даже не заставили вздрогнуть Марианну. Она прочла их с полным равнодушием, словно они ее совершенно не касались. Все ее внимание, все беспокойство было приковано к другому письму, тому, что она только что написала и которое Гракх повез в Нант.

Фактически это было двойное письмо. Первое адресовалось консулу Соединенных Штатов и содержало убедительную просьбу как можно скорее передать второе по назначению. Но Марианна сознавала, что это второе письмо похоже на бутылку, которую бросает в море потерпевший кораблекрушение, выбравшись на пустынный остров. Где мог быть Язон Бофор в этот час? На какие моря увлекла его судьба? Месяц так короток, а мир так велик! Однако, попав в такое отчаянное положение, Марианна не могла удержаться, чтобы не написать это письмо, призывавшее к ней человека, так долго вызывавшего у нее ненависть, но который теперь казался ей единственным достаточно надежным, достаточно энергичным, достаточно преданным… просто достойным мужчиной наконец, чтобы Марианна осмелилась просить его имя для ребенка Наполеона.

Язон, с детства привыкший брать судьбу за рога и бороться за жизнь голыми руками… Язон, который признавал владыкой только океан, Язон четырех морей… Именно он сможет их защитить и оказать им покровительство, ей и ее ребенку. Разве он тогда не уговаривал ее последовать за ним, чтобы она могла обрести мир и спокойствие в его гигантской свободной стране? Разве не он писал: «Вспоминайте, что я существую и нахожусь в долгу перед вами…»? Теперь Марианна попросит его заплатить этот долг. Он не сможет отказать, ибо к тому, что судьбе угодно было с нею сотворить, и он приложил руку. Однажды ночью он вырвал ее из каменоломен Шайо и цепких когтей Фаншон.