Эльфийский яд

— Снова кивнула княжна и продолжила очень познавательный рассказ: — С течением времени чистых представителей Старшей расы становится всё меньше, появляется подраса без особенностей Первых, но взамен потомки Старшей расы получают уникальный дар. — А вот после этих слов у меня засосало под ложечкой. Но Лейна словно издеваясь, добавила: — Мудрецы утверждали, что врожденное управление одной из стихий это осколок силы, доставшейся нам от Создателя. И чтобы не погибнуть из-за этой силы и попутно не навредить окружающим, стоит понимать её происхождение.

— Это всё, конечно, интересно, — осторожно начала я, старательно делая вид, что меня совершенно не касается поднятая тема, — но для меня эта история значения не имеет.

— Взяв свою прядь, покрутила её в пальцах со словами: — Это всего лишь цвет волос и не более.

Княжна тихо рассмеялась и произнесла:

— Да, у меня тоже всего лишь цвет глаз, который впрочем, не мешает мне повелевать огнём. — Гибкий хвост придвинулся ближе ко мне, и я ощутила, как от него исходит жар. Теперь понятно, почему ей комфортно в лёгкой одежде на холодном ветру.

Вздохнув поняла, что юлить или врать не имеет смысла.

— Хорошо, я поняла. Спасибо вам за откровенность, княжна Лейна, я буду аккуратнее.

Нагиня тепло улыбнулась, давая понять, что разговор окончен, и она сообщила мне всё что собиралась. Когда я поднялась чтобы уйти, княжна добавила:

— И ещё, может пригодиться. В наших силах не только управление дарованной стихией, мы также можем повлиять на мироздание, но всего один раз.

Мне не понравился тон, каким было сказано последнее, потому я пробормотала:

— Даже не хочу спрашивать, как это сделать.

— Правильное решение.

— Вновь похвалила меня княжна. — Поверьте, альва Шаисалесс, лично я ни за что не воспользуюсь этим шансом.

Ещё раз поблагодарив за информацию, оставила Лейну в беседке, а сама неспешно направилась к входу во дворец. В отличие от "горячей" нагини я успела озябнуть. А может до меня, наконец, дошло, что с моим даром надо быть куда как аккуратнее и от осознания своей беспечности кровь застыла в жилах.

Следующие несколько дней во дворце нарастала суматоха, а всё из-за приближающегося пиршества в честь Новой Луны. Оно представляло собой что-то среднее между новым годом и праздником урожая, потому проводилось на изломе лета и зимы.

Ночи становились всё прохладнее, деревья спешили подготовиться к холодам, а вот небо словно набиралось силы, становясь всё ближе к нам — звезды сияли ярче, представляя собой целую россыпь мерцающих огней, ожидая момента, когда рядом с ними вспыхнет бледно-голубой рожок местного спутника. Вообще-то он назывался иначе, но мой встроенный переводчик привычно подгонял многие слова под Земные аналоги.