0
0И я содрогаюсь от кайфа, мычу в конец, чувствуя вдруг, как он проникает особенно глубоко, почти до рвотного рефлекса и заполняет горло горячей лавой.
– Глотай, глотай все, – шипит он, словно ему действительно больно и резко выпускает. Обхватывает лицо руками и смотрит в глаза. Дико. Словно настоящий зверь.
И я сглатываю солоноватую с горчинкой жидкость, чувствую, как слезы оставляют дорожки на щеках. И он стирает их, стирает липкие капли с губ. И молчит.
А мне так хочется хоть каких-то нежных слов. Хоть какой-то похвалы. Хоть что-нибудь.
Но он только жадно приникает к губам, терзает их, выпивает остатки сил, и резко сажает на кресло. Практически отпихивает от себя.
– Приведи себя в порядок.
– Что? – действительно плохо соображаю. В голове туман, а перед глазами пелена из обиды и слез. Ну почему он такой бесчувственный. Просто прячет еще твердый агрегат, просто застегивает ширинку. Просто не смотрит на меня.
Кто я для него!? Зачем я ему?! И даже полученный оргазм на этом фоне кажется бледным подобием удовольствия.
Машина внезапно тормозит.
– Справилась за пол часа, молодец. Теперь иди на свои танцы.
От его слов прошибает гнев, как колом прямо в грудь. Пол часа. Пол часа?! Успела?! Да кто я для него?!
– Да пошел ты, Распутин! – выплевываю слова и дергаю за ручку, открываю, выхожу, чувствую, как оголенные в порванных чулках ноги ласкает ветер. Хочу захлопнуть дверь, но тут же слышу:
– Что?! – резкий крик.
В его руке появляются ключи. Связка из трех. Я смотрю и недоумеваю.
– Это твоя квартира. Адрес в смс.
– Я не буду там жить! – говорю гордо и хочу снова захлопнуть машину. Уйти. Сбежать. Поплакать в одиночестве.
– Или ты берешь ключи, или забудь о танцах.
Танцы? Танцы?! Серьезно, блин? Не семья? Не учеба. Он действительно хочет запретить мне всего лишь танцы? То есть сомнительное увлечение против ощущения гадливости, словно не помылась? Действительно, что же выбрать…
– Да подавитель, Борис Александрович. Мне не нужно от вас ничего. Ни ваш член, ни ваша квартира. Ни-че-го! – чеканю я слова и резко хлопаю дверцей и тут же бегу в сторону метро. Благо оно здесь очень близко. Мне кажется, что он уже дал команду своим псам за мной погнаться. И, наверное, поэтому я бегу, почти не разбирая дороги, только бы подальше от него. От своего желания подчиниться ему во всем, от ощущения, что совершила ошибку.
Подземный переход. Люди. И я бегу как ошалелая, потом останавливаюсь и удивляюсь, когда не вижу за спиной ни одну ищейку.
И машины его уже нет.
Выдыхаю, бегу на поезд и еду до станции рядом с общежитием. Медленно поднимаюсь по переходу сквозь толпу, чувствуя, что даже спустя пол часа после произошедшего меня потрясывает, в голове гудит от перенесенного удовольствия.
