Бессердечный повеса

С непроницаемым лицом Девон помог ей сесть за стол, и она поблагодарила его парой коротких слов. Но даже на таком приличном от него расстоянии, её переполняли нервозность и злость, в основном, по отношению к себе.

Те поцелуи... невозможное, внушающее страх удовольствие... как он мог с ней так поступить? Как она могла отреагировать так распутно? Случившееся скорее её вина, чем Девона. Он же лондонский повеса; конечно, он будет заигрывать с ней, как и с любой другой женщиной, оказавшейся у него на пути. Ей следовало оказать сопротивление, дать ему пощёчину, но вместо этого она просто стояла и позволяла ему… позволяла…

Она не могла подобрать подходящих слов, чтобы охарактеризовать то, что он сделал. Он показал ей ту сторону её самой, о существовании которой она и не подозревала. Кэтлин была воспитана в убеждении, что похоть – это грех, и она самонадеянно считала себя выше плотских желаний, пока Девон не доказал обратное. О, этот шокирующий жар его языка, трепет и бессилие, из-за которых ей захотелось опуститься на пол, и позволить ему накрыть её своим телом... Кэтлин могла бы расплакаться от стыда.

Вместо этого, она просто сидела, чувствуя, что задыхается, пока вокруг шёл непринуждённый разговор. К сожалению, Кэтлин даже не могла насладиться едой, сочным пирогом из куропатки, поданным с жареными котлетами из устриц и хрустящим салатом из засоленного сельдерея, редиса и огурца, потому что каждый раз, когда заставляла себя проглотить кусочек, он словно вставал у неё поперёк горла.

Когда разговор зашёл о приближающихся праздниках, Кассандра спросила Девона, планирует ли он приехать в Приорат Эверсби на Рождество.

– Моё присутствие вас порадует? – спросил Девон.

– Вы привезёте подарки? – спросила Пандора.

– Пандора, – упрекнула Кэтлин.

– Что бы вы хотели получить? – спросил он близнецов.

– Я хочу людей на Рождество, – с тоской проговорила Кассандра. – Пандора, ты помнишь рождественские балы, которые давала мама, когда мы были маленькими? Все дамы в элегантных нарядах и джентльмены в вечерних костюмах... музыка и танцы...

– И угощения... – добавила Пандора. – Пудинги, торты, пироги...

– В следующем году мы будем снова веселиться, – мягко сказала Хелен, улыбаясь им двоим, а затем повернулась к Уэсту. – Как вы обычно празднуете Рождество, кузен?

Он помедлил с ответом, словно раздумывая, стоит ли отвечать правдиво. Честность победила.

– На Рождество я посещаю друзей, как настоящий дармоед, езжу от дома к дому и пью, пока, наконец, не потеряю сознание в чьей-нибудь гостиной. Потом меня сажают в карету и отправляют домой, а мои слуги укладывают меня в постель.

– Звучит не очень весело, – заметила Кассандра.

– Начиная с этого года, – сказал Девон, – я хочу, чтобы мы воздали празднику должное.