Бессердечный повеса

– Она рассказала, что случилось? – спросила Кэтлин.

Кассандра покачала головой.

Нахмурившись, Пандора осторожно дотронулась до закреплённых на макушке волос, над которыми работала Кассандра,

– Они напоминают не аккуратные завитки, а гусениц.

Когда она посмотрела на близнецов, на губах Кэтлин промелькнула улыбка. Да поможет ей бог, она любила эту парочку. И хоть ей недоставало мудрости и возраст был не подходящим, чтобы заменить им мать, она оставалась для них единственным источником материнских наставлений.

– Пойду, проведаю Хелен, – встав, сказала она. Дотронувшись до причёски Пандоры, Кэтлин разделила одну гусеницу на два завитка и закрепила их, взяв шпильку у Кассандры.

– Что ты ей скажешь, если она признается в споре с Уинтерборном? – спросила Кассандра.

– Я скажу ей делать это почаще, – ответила Кэтлин. – Нельзя позволять мужчине постоянно делать всё по-своему. – Она задумчиво умолкла. – Однажды лорд Бервик сказал мне, что, когда конь натягивает поводья, всадник не должен в этот момент тянуть их на себя, а, наоборот, ослабить. Но не более чем на дюйм.

Войдя в комнату Хелен, Кэтлин услышала приглушённые звуки рыданий.

– Дорогая, что такое? – спросила она, быстро подходя к кровати. – Тебе больно? Чем я могу помочь?

Хелен покачала головой и промокнула глаза рукавом ночной рубашки.

Кэтлин наполнила стакан водой из кувшина на ночном столике и подала ей. Затем подоткнула подушку под голову Хелен, предложив сухой носовой платок, и разгладила покрывало.

– Мигрень всё ещё мучает?

– Жутко, – прошептала Хелен. – Даже кожа болит.

Придвинув стул к кровати, Кэтлин села и со щемящим сердцем, оглядела золовку.

– Что послужило причиной? – спросила она. – Что-то произошло во время визита мистера Уинтерборна? Помимо обсуждения свадьбы?

Хелен ответила еле заметным кивком, её подбородок дрожал.

Кэтлин пришла в смятение, размышляя, как помочь Хелен, которая казалась на грани срыва. Она не видела её в таком состоянии со времён смерти Тео.

– Лучше расскажи мне, – сказала Кэтлин. – Моё воображение рисует страшные картины. Что такого натворил Уинтерборн?

– Я не могу, – прошептала Хелен.

– Он принудил тебя к чему-то? – стараясь оставаться спокойной, спросила Кэтлин.

Последовала долгая пауза.

– Я не знаю, – несчастным голосом ответила Хелен. – Он хотел... Я не знаю, чего он хотел. Я никогда... – Она замолчала и высморкалась в носовой платок.

– Он обидел тебя? – заставила себя задать вопрос Кэтлин.

– Нет. Но он принялся целовать меня и не собирался останавливаться, а... мне не понравилось. Я совсем не так представляла себе поцелуи. Он положил руку... туда, куда не следовало. Когда я его оттолкнула, Уинтерборн разозлился и резко сказал... будто бы я думаю, что слишком хороша для него.