Архэ

Неужели этого мало? — голос упал до едва различимого шепота. — Это было добровольным решением, просто в этот раз мы не захотели идти у тебя на поводу во всём. Довольно. Слышишь? Довольно! — в голосе зазвучали одновременно гнев и мольба. — Уходи. Ты не сможешь.

— Смогу, — голос другого говорившего оказался тяжелым, тягучим. — Проекции аннулированы. Искомое вы скрыли сами, и тем переиграли себя. Глупо. Впрочем, так же глупо, как и всё, что было — до.

— Оставь нас в покое, — голос стал глух и безразличен. — Зачем ты разбудил меня?

— Мне нужно, — глухой, тягучий голос второго говорившего сочился неприязнью. — Я разбужу столько раз, сколько захочу.

— Нет, — в безразличном до того голосе зазвучали вдруг властные ноты. — Это не тебе решать.

Ветер над поляной вдруг стократно усилился, а из травы поднялись в небо тысячи бабочек, образовав вокруг островка безветрия настоящую бурю из бесчисленного количества крыл. Сзади послышался сдавленный вздох и шорох.

— Мы не можем умереть, — едва слышно повторил Пятый. — Не можем…

Ит проснулся рывком, внезапно, и ощутил, что у него бешено колотится сердце, а дыхание сбивается. Провел рукой по лбу — мокрый, волосы хоть выжимай. С трудом он слез с кровати, подхватил с пола свою одежду, и пошел к выходу из комнаты.

— Куда? — шепнул ему вслед Скрипач.

— Пойду, покурю, — ответил Ит.

Что это было? Сон? Или что-то другое?..

Он спустился на первый этаж, налил себе воды, залпом выпил полчашки. Понемногу стало отпускать, сердцебиение успокаивалось. Он оделся, долил в чашку еще воды, и вышел на улицу. Сел на лавку, прислонился спиной к каменной стене дома. Закурил. Вскоре на крыльце послышались шаги.

— Ну и что тебе приснилось? — без обиняков спросил Скрипач.

— Тебе тоже? — вопросом на вопрос ответил Ит.

— Поляна, — Скрипач сел рядом, тоже вытащил из пачки сигарету.

— Угу, — подтвердил Ит. — Та самая. Кажется, мы зря его тогда просветили.

— Может, и так, — подтвердил Скрипач.

— Он их нашел, — Ит покачал головой. — И что дальше делать?

— Вытаскивать их оттуда поскорее, — пожал плечами Скрипач.

— А если он туда снова заявится, а там никого нет? — возразил Ит.

— О-па… про это я не подумал, — признался Скрипач. — Хреново.

— А я про что. Но… выбора у нас нет. Кажется. Потому что, если судить по этому самому сну, хреново будет и так, и этак. И потом, эта фраза… — Ит не договорил.

— Какая? — спросил Скрипач. — Я не всё слышал.

— «Мы не можем умереть», — ответил Ит. — Не понимаю, что это может значить.

— Ну, видимо, то, что они не могут умереть, — пожал плечами Скрипач. — Конечно, странно, но почему бы и нет?

— Это не логично, — покачал головой Ит. — И потом, в контексте самого разговора фраза прозвучала странно. Словно он… оправдывался, что ли. Не пойму.