Архэ

Потом вывел тезис о превосходстве расы. Потом прошелся по своим считкам — к счастью, мы тогда не успели сдать всё, и у него нет ни ваших полных архивов, ни дополнительных блоков от посторонних, ни закрытых сегментов, поэтому ему пришлось обойтись своими, но, видимо, их оказалось достаточно.

— Он записал себя в цари, — с восхищением произнес Скрипач. — Ит, мы лохи. Вот оно как, оказывается. А мы-то думали…

— Не в цари, что ты, бери выше, — криво усмехнулась Берта. — Там схема сложнее. Сперва он вывел людей, как высшую доминирующую расу в нашем Круге. То есть, по его новой теории, люди доминируют над всеми остальными — нэгаши, когни, рауф, зивы… о, нет, только люди, только чистые люди венец творения, и он предоставил тому очень изящное доказательство. Кстати, я поняла, почему он за это взялся, и какую цель преследовал изначально. Он стремился доказать Джессике, что она, спасая его в ущерб Иту, поступила правильно. Он хотел оправдать её в её же глазах, и… ему это удалось. Я встречалась с ней. Да, ему это действительно удалось, потому что она — изменилась. Сильно изменилась, и не в лучшую сторону — по крайней мере, там подумали бы вы, и так подумала я. Если она и ощущала что-то по отношению ко мне, то лишь презрение, разочарование, и горечь, пожалуй, но это — всё. Не более. Она поверила ему, поверила полностью. Потому что очень хотела поверить — в свою правоту, в том числе. Годами она таскала в себе эту занозу, эту память о подлости, которую совершила, пусть и с благими намерениями. А он сумел превратить это чувство вины в чувство правоты.

— Это вы о чем сейчас? — с интересом спросил Клим.

— Ох… — Скрипач поморщился. — Это лет тридцать назад было, или больше. В общем, случилось так, что Ит и Ри были тяжело ранены, и… в общем, когда стали спасать Ри, а на этого вот, — он кивнул на Ита, — забили и бросили умирать в тюремной больнице, Джессика не заступилась за него вообще. Никак. Ни словом, ни просьбой, ничем. Хотя на втором этапе этого происшествия у нее такая возможность была. Но она сделала выбор, в принципе логичный и вроде бы правильный. Однако потом стала осознавать, какую гадость совершила. А Ри, как сейчас выясняется, на этом ее поступке создал целую теорию, подтянул под нее всё, что ему было удобно, и…

— Верно, — согласилась Берта. — Вы ведь общались с ним, да?

— Да, на Берегу. Нам он тоже своё превосходство доказывал. На примере именно этого случая. Само мироздание, мол, решило, кто ему нужен, а кого можно после использования пустить в расход.