Архэ

В гостиной оказалось пусто, и не хватало половины мебели, а на кухне, откуда и выплывал этот самый запах, слышались во множестве не очень понятные механические звуки.

…Скрипач, закладывая в комбайн очередную порцию «весенних кабачков со вкусом солёной сливы» исподтишка наблюдал за двумя фигурами, которые подошли к двери, но не вошли, а робко остановились на пороге. Так-так, подумал Скрипач, ну надо же. И почему я ни секунды не сомневался в том, что это произойдет? Со всеми остальными сработало, и эти тоже исключением не стали. А ну-ка…

— Так и будете торчать в дверях? — не особенно дружелюбно поинтересовался он.

— Это хлеб? — задал очевидный вопрос Лин.

— Нет, это жженая покрышка с солидолом, — ответил Скрипач. — Каков вопрос, таков ответ.

Еще с вечера он сделал три замеса — самый большой, разумеется, для белого хлеба, поменьше — для ржаного, и маленький — с добавками типа орешков и семечек, потому что Эри с Сабом душу за такой хлеб отдадут, им почему-то очень нравится этот вариант есть с мёдом. Ржаной — это Киру, Фэбу, да и вообще, любителям бутербродов с салом (к сожалению, с имитацией, увы), и чтобы под водочку. Ну и белый — даже с избытком, потому что часть гости растащат по домам, угостить родных. Хлеб на закваске на Окисте почему-то не в моде, тут больше в ходу пресные лепешки, и некое подобие лаваша. Кланы пекут, разумеется, но чаще всего даже не продают на сторону, только для своих. Конечно, классического хлеба, «как на Терре-ноль», тут никогда в заводе не было.

— Вы внутрь войдете сегодня? — сердито спросил Скрипач, устав от их молчаливого присутствия. — Или вы застряли?

Вошли, ну надо же. И снова остановились около двери.

— Госсссссподииии… — протянул Скрипач. — Вы говорить разучились? Ладно. Вон там, — он махнул рукой в сторону необъятного рабочего стола, — стоит тарелка с рогаликами. Я знал, на что шел, в этой семье одни жулики. Половину уже растащили, и если бы вы пришли позже, ничего бы не досталось. Идите, берите. Идите, идите, хватит уже там стоять, надоело.

«Тарелка с рогаликами» представляла собой здоровенное глиняное блюдо, рогаликов на котором сейчас лежало десятка три. Конечно, руками Скрипач их не лепил, у него тогда всё утро ушло бы только на рогалики. А еще Скрипач в незапамятные времена заказал для дома специальную хлебную печь на три яруса, жаль только, что времени пользоваться этой печью у него почти никогда не было.

— Ты сам печешь хлеб? — Лин, кажется, сегодня решил совершенствоваться в придумывании идиотских вопросов.

— Да, странно, что ты заметил, — хмыкнул Скрипач. — Слушайте, у меня нет времени, вечером гости. Так что давайте сами берите, что хотите, и валите уже на фиг с кухни, не мешайте мне.

Все-таки взяли. По одной штучке. И сразу двинулись к двери.